Русская армия 19 века. Русская армия в конце XIX - начале XX столетия. Была создана военно-окружная система

Часть (Том) 3

Глава XII. Застой

Русская армия конца XIX и начала XX века. Ванновский, Драгомиров, Куропаткин

Николай I и Александр II были военными по призванию. Александр III был военным по чувству долга перед страной. Он не питал страсти к военному делу, но видел и чувствовал, что судьбы вверенного ему Отечества зависят от состояния его вооруженной силы. «У России есть лишь два верных союзника — ее армия и ее флот», — говорил он и, сознавая это, неуклонно стремился к всестороннему развитию русской военной мощи . Вместе с тем Государь отошел от армии. Александра II можно было всегда видеть на разводах, частых смотрах, полковых праздниках, на лагерях и в собраниях, беседующего с офицерами, интересующегося всеми их новостями, близко принимающего к сердцу события в полковой семье. Александр III ограничил свое общение с армией строго необходимым, замкнулся в тесном семейном кругу в своем уютном гатчинском дворце. Главной причиной была, конечно, перегруженность его работой, оставлявшая ему мало свободного времени.

Известную роль играла здесь и природная застенчивость Государя, не любившего многочисленное общество, и наконец, тот горький осадок, что оставило на его душе 1 марта 1881 года. «Образ покойного Государя, склонившегося над телом раненого казака и не думавшего о возможности вторичного покушения, не покидал нас, — вспоминает о тех днях великий князь Александр Михайлович. — Мы понимали, что что-то несоизмеримо большее, чем наш любимый дядя и мужественный монарх, ушло вместе с ним невозвратно в прошлое. Идиллическая Россия с Царем-батюшкой и его верным народом перестала существовать 1 марта 1881 года. Мы поняли, что никогда более Русский Царь не сможет относиться к своим подданным с безграничным доверием ». Царские смотры стали устраиваться реже, разводы были вовсе отменены, флигель-адъютантские и свитские вензеля, щедро раздававшиеся Александром II в армейские полки, стали теперь редкими и в гвардии, сделавшись привилегией очень небольшого круга лиц.

Начало этого царствования ознаменовалось совершенным изменением внешнего вида войск. Изящные мундиры красивой армии Царя-Освободителя не шли к массивной фигуре нового Государя. Александр III не считался с эстетикой, требуя национального покроя и практичности .

Новая форма была введена уже летом 1882 года. Армия стала неузнаваемой. Исчезли гвардейские каски с плюмажем, кепи и шако с султанами, эффектные мундиры с цветными лацканами, уланки и ментики, сабли и палаши. Весь этот блеск был заменен долгополыми кафтанами на крючках, широкими шароварами и низкими шапочками поддельного барашка. Офицеры стали походить на обер-кондукторов, гвардейские стрелки — на околоточных надзирателей, фельдфебеля — на сельских старост в кафтанах с бляхой. Солдаты в своем сермяжном обличий стали похожи на паломников, особенно в армейской пехоте, где были упразднены ранцы и вместо них введены «вещевые мешки» — точная копия нищенской котомки — носившиеся через плечо. Кавалерия уныло донашивала уланки, кивера и ментики со снятыми шнурами и споротым шитьем, раньше чем по примеру пехоты облачиться в зипуны. Офицеры стремились смягчить уродство новой формы, каждый на свой вкус. Одни укорачивали мундир на прежний образец, другие, наоборот, удлиняли, приближая его к сюртуку, третьи по примеру стрелков утрировали напуск шаровар, доводя их до носков сапог. В результате — иностранные корреспонденты, видевшие русскую армию в Маньчжурии, поразились, что нельзя было встретить двух офицеров, одинаковым образом одетых.

Этим обезображением армии была совершена психологическая ошибка. Внешний вид значит очень многое для воинского вида, поддерживающего и воинский дух. Александр III посмотрел на блестящие мундиры как на дорого стоящую мишуру. Но в глазах офицеров и солдат это была далеко не мишура. Они сохраняли преемственность с прошедшими геройскими эпохами. Уже с кепи связывались славные воспоминания Шипки и Шейнова, а с лацканами и ментиками уходили предания Фридланда и Бородина. Утилитарный материализм этой реформы (бывший, впрочем, вполне в духе века) сказался самым отрицательным образом в духовно-воспитательной области — самой важной области военного дела. В пехотных полках, как гвардейских, так и армейских, солдаты, уходя в запас, отказывались брать мундиры нового «мужицкого» покроя, а на свой счет перешивали их по старой форме — обязательно с лацканами. Увольнявшиеся в отпуск щеголяли в деревне с лацканом, который снимали, возвращаясь с побывки обратно в полк. Единственной положительной стороной этой переобмундировки было введение в жаркое время года белых рубах, до той поры носившихся лишь на Кавказе и в Туркестане.

* * *

Новому царствованию нужны были новые деятели. Первым мероприятием Императора Александра III в военной области было назначение военным министром на место графа Милютина генерал-адъютанта Ванновского — ближайшего своего советника в 1877 — 1878 годах на должности начальника штаба Рущукского отряда.

Ванновский был полной противоположностью просвещенному и «либеральному» Милютину. В сравнении с Милютиным он был обскурантом — своего рода «военным Победоносцевым», а по характеру — вторым Паскевичем. Человек в высшей степени грубый и придирчивый, он деспотически обращался с подчиненными. Служить с ним было очень тяжело, и редко кто выносил это сколько-нибудь продолжительное время .

«Ведь я собака, — любил говорить Ванновский своим подчиненным, — я всех кусаю, никому дремать не даю, а потому и порядок такой, какого, может быть, ни у кого нет; когда вы будете начальниками, советую вам тоже быть собаками».

Заслугой Ванновского явилась отмена пагубной военно-учебной реформы Милютина . Строгий начальник Павловского военного училища видел слабую строевую подготовку милютинских гимназий с их штатскими воспитателями, не сообщавшими своим питомцам воинского духа, результатом чего был все увеличивавшийся уход их по окончании курса «на сторону». В 1882 году военные гимназии были снова преобразованы в кадетские корпуса и надлежаще подтянуты. Гражданские воспитатели были заменены офицерами, введены строевые занятия, и наши средние военно-учебные заведения вновь обрели бодрый воинский дух «николаевских» корпусов. В то же время признано необходимым сохранить военные училища для подготовки однородного — одинаково воспитанного и одинаково обученного — офицерского состава. Вопрос о восстановлении специальных классов отпадал. Следует отметить, что в воспитатели кадетских корпусов в большинстве шел далеко не лучший элемент нашего офицерства (приманкой здесь служила спокойная жизнь, высокий оклад и быстрое производство).

Строевая служба стала вестись более отчетливо . В первую очередь была подтянута гвардия . Генералы Васмунд в Лейб-Гвардии Измайловском полку, Меве в Лейб-Гвардии Павловском довели, каждый по-своему, свои части до высокой степени совершенства . По ним равнялись другие, и характерное для милютинской эпохи «Фельдфебель, где мое место?» окончательно отошло в область преданий. Вместе с тем строевой устав был упрощен отменой ряда сложных перестроений, что характеризовало утилитарный и «будничный» характер наступавшей эпохи.

Военные реформы предыдущего царствования подверглись пересмотру особой комиссии под председательством генерал-адъютанта графа Коцебу . Этой комиссии надлежало высказаться по вопросам об устройстве Военного министерства, сохранении военно-окружной системы и выработке Положения о полевом управлении войск. Комиссия графа Коцебу отвергла проект организации независимого от военного министра Генерального штаба на прусско-германский образец. Главный штаб продолжал оставаться, как и при Милютине, одним из канцелярских «столов» Военного министерства. Властолюбие Ванновского играло, конечно, свою роль в принятии этого решения.

Военно-окружную систему положено было сохранить, подвергнув ее лишь некоторым частичным преобразованиям. Однако милютинское Положение о полевом управлении войск 1868 года, доказавшее свою негодность в Турецкую войну, решено было заменить, и выработка нового Положения поручена комиссии генерала Лобко .

В 1881 году был упразднен Оренбургский военный округ (присоединен к Казанскому). В 1882 году Западно-Сибирский военный округ переименован в Омский . В 1884 году Восточно-Сибирский военный округ ввиду своей обширности разделен на два — Иркутский и Приамурский. В 1889 году упразднен Харьковский военный округ (присоединен частью к Киевскому, частью к Московскому). Три западных пограничных округа — Виленский, Варшавский и Киевский — получили в 1886 году систему управления, сходную с таковой же армией военного времени. Войска этих округов должны были составить главные силы трех армий на случай войны с Центральными державами.

В 1890 году утверждено выработанное комиссией генерала Лобко Положение о полевом управлении войск. В сравнении с предыдущим оно значительно увеличивало права главнокомандующего и освобождало его от опеки Военного министерства. Положение это в первый раз определяло правила формирования при мобилизации армейских управлений из военно-окружных (что упустил из виду творец военно-окружной системы граф Милютин). Вместе с тем основная язва милютинского Положения — организация отрядов «сообразно обстоятельствам» — была сохранена , и мы увидим, к каким печальным результатам эта «отрядомания» привела в Маньчжурии.

Главной заботой Военного ведомства в царствование Александра III стало увеличение обученного запаса армии путем пропуска большого количества людей через ее ряды. Ежегодный контингент новобранцев составлял при Александре II 150000 человек, в 1881 же году было уже призвано 235000 человек.

Срок службы сперва оставлен тот же: 6 лет в строю, 9 — в запасе. Одним из последних распоряжений Милютина весною 1881 года было сокращение срока службы до 4 лет в пехоте и пешей артиллерии и 5 лет в прочих родах оружия . Ванновский немедленно же отменил это распоряжение, опасаясь за качество и прочность обучения. Действительно, во всей миллионной армии имелось всего 5500 сверхсрочнослужащих унтер-офицеров из намеченного в 1874 году при введении всеобщей воинской повинности числа 32000 (то есть 17 процентов). В 1886 году срок службы вольноопределяющихся по 1-му разряду увеличен до одного года — шестимесячные «милютинские» вольноопределяющиеся давали слишком несведущих офицеров запаса.

В 1888 году количество сверхсрочных удвоилось (все еще составляя около трети намеченного числа), и в этом году было произведено сокращение сроков службы до 4 лет в пеших и до 5 в конных и инженерных войсках . Одновременно была удвоена продолжительность пребывания в запасе — с 9 лет на 18, и запасные стали считаться военнообязанными до 43-летнего возраста включительно. Никакого деления запаса на разряды Ванновский, однако, не установил — мобилизованные войска должны были комплектоваться без разбора и 25-летними запасными, только что покинувшими службу, и 43-летними «бородачами».

В 1891 году контингент обученного запаса нижних чинов был закончен — в запасе считалось 2,5 миллиона обученных людей, и в мобилизованной армии (с казачьими войсками) должно было считаться до 4 миллионов бойцов. С 1887 года всеобщая воинская повинность была распространена и на туземное население Кавказа (за исключением горцев). В конце царствования ежегодно призывалось по 270000 человек — примерно вдвое более, чем при Александре II. Ежегодно записывалось 6000 — 7000 вольноопределяющихся. Была увеличена емкость училищ: в 1881 году произведено 1750 офицеров, в 1895 году — 2370. В 1882 году открыты офицерские школы — стрелковая, артиллерийская (для практического совершенствования кандидатов в ротные и батарейные командиры) и электротехническая.

Обилие кандидатов в Генеральный штаб побудило с 1885 года принимать в академию по конкурсу (трехлетний строевой ценз для кандидатов был установлен еще в 1878 году). К Генеральному штабу причислялась половина оканчивающих — остальные возвращались «окончившими по 2-му разряду» в строй. По разряду кончили академию Скобелев, Юденич и Лечицкий {10} . Эта категория офицеров, имея возможность все время применять на практике в войсках полученные ими в академии познания, принесла армии, пожалуй, больше пользы, чем окончившие по 1-му разряду, пропадавшие даром в различного рода управлениях и канцеляриях. Сильные, независимые характеры, как правило, отчислялись во 2-й разряд, а в 1-м оставались слишком часто карьеристы, во всем согласные с мнением начальства.

В 1883 году был упразднен чин майора (окончательно) и прапорщика (оставленный лишь в военное время для офицеров запаса из вольноопределяющихся). Преимущество Старой гвардии над армейцами стало лишь одним чином, а не двумя, как прежде. Молодая гвардия была упразднена, ее полки (Кирасирский Ее Величества, стрелковые 3-й Финский и 4-й Императорской Фамилии) были переведены в Старую. Фактически же армейские полки стали с этого времени пользоваться преимуществами Молодой гвардии. Из юнкерских училищ (с годичным курсом) стали выпускать подпрапорщиков на правах младших офицеров. Подпрапорщики эти через год-другой производились непосредственно в подпоручики .

Генерал Ванновский стремился к повышению строевого состава войск, и за период 1881 — 1894 годов количество строевых было доведено с 84 до 95 процентов, но только на бумаге. В то же время ничего не предпринималось для улучшения офицерской службы в строю. Условия эти были тяжелые и неприглядные, строевые офицеры по справедливости могли считать себя пасынками армии. Стоило им покинуть строй, и на нестроевых должностях они имели и высокие оклады, и быстрое движение по службе, и комфортабельный образ жизни — все то, чего не давали строевым труженикам, ковавшим мощь российской армии .

Это создавало пагубный соблазн и имело следствием утечку из строя значительного количества способных офицеров к большому вреду службы . Последствия милютинского пренебрежения к строевому знанию — тому началу, которое, по словам победителя Шамиля, «составляет честь и славу воинской службы»...

* * *

С приведением в 1879 году пехотных полков в 4-батальонный состав — 16 однородных рот, где все люди были вооружены малокалиберной скорострельной винтовкой, организация русской пехоты в главных своих чертах оставалась неизменной до мировой войны. Строевая часть, как мы видели, была значительно упрощена. Плевна имела последствием снабжение легким шанцевым инструментом всех строевых чинов, Шейново ввело перебежки. В 1886 году во всех пехотных и кавалерийских полках были заведены охотничьи команды из людей, особенно способных к разведывательной службе и выполнению ответственных поручений (по 4 человека на роту и эскадрон). В том же 1891 году преобразованы резервные войска. Номерные резервные батальоны получили наименования, а часть их — в пограничных округах была развернута в 2-батальонные резервные полки, сведенные по 4 в резервные пехотные бригады и разворачивавшиеся при мобилизации в пехотные дивизии нормального состава.

1882 год ознаменовался разгромом русской кавалерии так называемой «драгунской реформой». Вдохновителем ее был генерал Сухотин{11} — фактический генерал-инспектор конницы (номинально генерал-инспектором числился великий князь Николай Николаевич-Старший, по смерти которого в 1891 году должность эта вообще была упразднена). Исследуя кавалерийские рейды Северо-Американской войны, Сухотин пришел к заключению о необходимости преобразовать всю русскую регулярную конницу на драгунский лад. Против этой, в сущности здравой, мысли ничего нельзя было возразить — драгунская выучка еще Потемкиным признавалась «самонужнейшею и полезнейшей». Однако Сухотин, человек примитивного мышления, материалист и плохой психолог, начал с того, что исковеркал славные наименования полков русской кавалерии, отобрал у них мундиры, которыми они так гордились (в глазах канцелярских утилитаристов эти «побрякушки» ничего не значили), посягнул на самую душу конницы — ее традиции. Увлекаясь американской ездящей пехотой, он прошел мимо всех сокровищ богатого и славного опыта русской кавалерии.

Станция Бренди заслонила и Шенграбен, и Фер Шампенуаз, и даже знаменитый налет Струкова — налет, перед которым бледнеют все операции Стюарта и Шеридана. Этот психоз «рейдов» на американский образец, пересаженных на русскую почву, печально сказался затем при Инкоу. Мода на американских ковбоев привела к упразднению пики, оставленной лишь в казачьих частях. Сухотин не сознавал всего значения этого оружия, грозного в руках сильной духом конницы. Он утверждал, что при кратком — «всего шесть лет» — сроке службы невозможно научить кавалериста владеть этим «тяжелым и неудобным» оружием — пережитком старины, неуместным в «век прогресса техники». Предписано было усиленно заниматься пешим строем и стрельбой, что выполнялось в порядке отбывания номера, но все-таки заметно снижало кавалерийский дух. На лошадь стали смотреть не как на первое и главное оружие кавалериста, а только как на средство передвижения. Отсутствие истинно кавалерийского руководства привело к рутине, отлично ужившейся с поверхностным новаторством на американский образец. «Жирные тела» становились главной заботой кавалерийских начальников — следствием явились черепашьи аллюры на ровной местности и хороших дорожках.

Условия службы в кавалерии стали неприглядными. Новые дикие наименования — «Бугские драгуны», «Павлоградские драгуны», «Ахтырские драгуны» — резали ухо кавалеристам и щемили их сердце. Многие офицеры покинули ряды конницы, особенно когда «подрагуненные» полки были одеты в кафтаны и армяки нового псевдорусского покроя и двинуты в захолустные стоянки на западную границу, откуда стала чувствоваться угроза. В Киевском гусарском полку, например, все офицеры подали в отставку, когда их полк, существовавший двести с лишним лет, был переименован в драгунский 27-й. Только что назначенный тогда командиром Павлоградского полка — «шенграбенских гусар» — Сухомлинов с горечью вспоминает об этом вандализме: «Рационализм у нас в течение долгих лет только разрушал и, не пользуясь содействием современной техники, не давал взамен ничего нового, лучшего. Так, вверенная мне часть из блестящего гусарского полка стала армейским драгунским номера 6-го полком, с традициями которого можно было познакомиться только в архивах, а не по форме одежды и гордому виду людей, ее носящих».

Численный состав регулярной кавалерии был значительно увеличен. Она была усилена более чем в полтора раза. Полки из 4-эскадронного состава приведены в 6-эскадронный, а из новоформированных полков образована в Варшавском округе 15-я кавалерийская дивизия. Зато казачья конница несколько сократилась, ряд полков был спущен на льготу, 3-я Кавказская казачья дивизия упразднена, но сформирована новая — 2-я сводно-казачья — в Киевском округе. В общем, качество русской конницы в 80-х и 90-х годах заметно снизилось, и она приблизилась скорее к типу ездящей пехоты. Реформа генерала Сухотина останется в ее истории печальным памятником бездушного материализма и рационализма, владевших умами руководящих русских военных кругов — все равно, «гатчинского», «милютинского» или «послемилютинского» периодов — весь XIX век.

Утешительнее обстояло дело в артиллерии, стараниями своего генерал-фельдцейхмейстера великого князя Михаила Николаевича остававшейся на своей всегдашней высоте. Она была вся перевооружена клиновыми орудиями образца 1877 года хороших баллистических качеств, бившими на 4,5 версты. В период 1889 — 1894 годов сформировано 5 мортирных полков по 4 — 5 батарей в шесть 6-дюймовых мортир. В 1891 году сформирован горноартиллерийский полк, в котором испытывались горные орудия различных образцов. Как это ни кажется странным, горная артиллерия находилась у нас все время в каком-то пренебрежении руководящих кругов, несмотря на то, что русская армия почти всегда воевала в горах и войска очень ценили эти маленькие, подвижные, тактически неприхотливые пушки с их моментальной готовностью к стрельбе с любой позиции.

С увеличением офицерского состава артиллерии одного Михайловского училища оказывалось недостаточно, и в 1894 году в артиллерийское было преобразовано и Константиновское. Великий князь обращал особенное внимание на стрельбу и всячески поощрял ее учреждением состязаний (знаменитый «кубок генерал-фельдцейхмейстера», «фельдцейхмейстерский значок» и т.д.).

В связи с усиленным строительством крепостей на западной границе значительно увеличен состав инженерных войск. В конце царствования Александра III их считалось 26 батальонов (21 саперный, 5 железнодорожных).

Изменение политической обстановки сказалось и на дислокации войск. В 1882 — 1884 годах вся кавалерия (за исключением 1-й и 10-й дивизий) сосредоточилась в Западных пограничных округах. Туда же двинута треть кавказских войск. В 1883 году простилась с Кавказом 41-я пехотная дивизия, в 1888 году за ней последовала на Запад 19-я и ряд конных полков. Тогда был расформирован II Кавказский корпус и образованы управления новых корпусов — XVI в Виленском и XVII в Московском округах. Из Казанского округа двинуты в пограничные все полевые войска (40-я, а затем и 2-я пехотные дивизии) и там оставлены только резервные бригады. В Московском округе резервные войска составляли треть общего числа пехотных батальонов. В 1894 году в Санкт-Петербургском округе образован XVIII армейский корпус.

* * *

В 1883 году Россия лишилась Белого Генерала. Не только армия, но и вся страна понесли жестокую, невознаградимую потерю. Смерть Скобелева вызвала взрыв отвратительного ликования в Австро-Венгрии, и особенно в Германии, где поняли, что не стало человека, способного напоить своего белого коня в волнах Шпрее.

Англичане — враги более благородные — имели приличие не выставлять охватившего их чувства глубокого облегчения.

Все же в царствование Императора Александра III не было недостатка в крупных военных деятелях. Войсками Варшавского округа командовал суровый победитель Балкан Гурко, наложивший на них неизгладимый, отчетливый и воинственный «гуркинский» отпечаток. Виленский округ возглавлял Тотлебен (умерший в 1884 году), Киевский — с 1889 года — яркий, хоть и парадоксальный Драгомиров. Начальником Генерального штаба все царствование пробыл генерал Обручев, а начальником академии после Драгомирова стал Леер{12} .

Наиболее своеобразную фигуру представлял М. И. Драгомиров. Зимница и Шипка показали блестящую подготовку его 14-й дивизии и создали ему заслуженную боевую репутацию. Человек больших достоинств, он имел и большие недостатки, сделавшие его влияние на армию в конечном счете отрицательным. Большой ум уживался у него с отсутствием интуиции — разительная аналогия со Львом Толстым, великим писателем и ничтожным мыслителем. Толстой, пытаясь создать философскую систему, стал только анархистом русской мысли. Драгомирова, вполне разделявшего толстовский софизм о ненужности вообще «несуществующей» военной науки, можно назвать анархистом русского военного дела. То же отсутствие интуиции, что помешало Толстому понять Евангелие, воспрепятствовало Драгомирову постигнуть «Науку Побеждать». Он воспринял ее односторонне, по-доктринерски. Взяв в основание вечную и непреложную истину о первенстве морального, духовного элемента, он свел ее к отрицанию военной науки вообще, и стратегии в частности, своего рода военному нигилизму. Все военное дело низводилось им к тактике, а тактика — к тому, чтобы «брать нутром».

Драгомиров противопоставлял дух технике, не сознавая, что техника отнюдь не враг духа, а его ценный союзник и помощник, позволяющий сберечь силы и кровь бойца. Все свои тактические расчеты драгомировская школа строила на грудах человеческого мяса, потоках человеческой крови — и эти взгляды, преподанные с кафедры заслуженным профессором, а затем и начальником академии, имели самое пагубное влияние на формацию целого поколения офицеров Генерального штаба — будущих «минотавров» Мировой войны. Считая, что всякого рода техника ведет непременно к угашению духа, Драгомиров всей силой своего авторитета противился введению магазинного ружья и скорострельной пушки, которыми уже были перевооружены армии наших вероятных противников. Когда же, несмотря на все его противодействие, скорострельные орудия были введены, Драгомиров все-таки добился, чтобы они были без щитов, «способствующих робости».

Результат — растерзанные трупы тюренченских и ляоянских артиллеристов, зря пролитая драгоценная русская кровь. Принятую Драгомировым систему воспитания войск нельзя считать удачной. В бытность его начальником дивизии он развил инициативу частных начальников — батальонных и ротных командиров — до высокой степени совершенства. Став же командующим войсками, всячески подавлял инициативу подчиненных ему корпусных командиров и начальников дивизий. Обратив все свое внимание

на индивидуальное воспитание солдата («святой серой скотинки»), Драгомиров совершенно проглядел офицера, более того, сознательно игнорировал офицера (его всегдашнее иронически-презрительное «гас-па-дин офицер!»). Нарочитым умалением, унижением офицерского авторитета Драгомиров думал создать себе популярность как в солдатской среде, так и в обществе. Памятным остался его пресловутый приказ: «В войсках дерутся!» — незаслуженное оскорбление строевого офицерства... Впоследствии, болезненно переживая первую русскую смуту, он рекомендовал офицерам «корректность, выдержку и остро отточенную шашку». Заботься Драгомиров в свое время о поднятии офицерского авторитета, ему, пожалуй, не пришлось бы на склоне своих лет давать подобные советы...

Влияние Драгомирова было очень велико (и выходило даже за пределы русской армии). Во французской армии ревностным проповедником драгомировских идей явился генерал Кардо, составивший себе имя в военной литературе под псевдонимом «Loukian Carlowitch, Casaque du Kouban » {13} . Служба в штабе Киевского округа послужила «трамплином» для карьеры многих деятелей, из коих далеко не все принесли счастье русской армии. Отсюда вышли Сухомлинов, Рузский, Юрий Данилов, Бонч-Бруевич{14} . Преемником М. И. Драгомирова на посту начальника академии был генерал Генрих Антонович Леер — крупнейшая военно-научная величина русской армии. Это был могучий ум, мыслитель, «смотревший на дело в целом», по-румянцевски. Леер явился защитником стратегии, столь недооцененной его предшественником. Его можно считать у нас в России отцом стратегии как науки. В этой области им разработано учение о главной операционной линии, строго осуждено понятие стратегического резерва («в стратегии резерв — явление преступное»).

К сожалению. Леер был совершенно не понят и не оценен в должной мере своими современниками. Он не покорил ни одной неприятельской крепости, и его поэтому считали «кабинетным теоретиком». Между тем именно он всячески подчеркивал подчиненность теории, видел смысл науки в регулировании творчества. По его настоянию были введены полевые поездки офицеров Генерального штаба, чрезвычайно расширившие их кругозор именно в практическую сторону. Стратегический глазомер Леера и его военное чутье рельефно выступают из его записки, представленной в конце 1876 года, где он предостерегал от посылки на войну с Турцией слишком незначительных сил и по частям и настаивал на введении сразу большого количества войск — «ибо лучше иметь слишком много войск, чем слишком мало».

Эта записка генерала Леера по четкости стратегической мысли и синтезу изложения оставила далеко за собой все остальные и не была поэтому понята нашими военными бюрократами: граф Милютин счел ее «недостаточно разработанной», ибо Леер, излагая самую суть дела, пренебрег мелочами, на которые в канцеляриях как раз и обращали главное внимание. Времена Леера можно считать блестящей эпохой академии и русской военной науки вообще. Нельзя не упомянуть о редактировании Леером «Военной энциклопедии» в 8 томах, обычно именуемой «Лееровской». Она заменила устаревший «Лексикон» Зедделера (издание 1859 года) и явилась важным проводником военных знаний в толщу строевого офицерства.

Значительной фигурой был и начальник Генерального штаба генерал Обручев, с именем которого следует связать все сколько-нибудь положительные мероприятия по военной части в этот период: сооружение стратегических дорог, крепостей на западной границе и, наконец, военная конвенция с Францией. Согласно этой конвенции, в случае войны с державами Тройственного союза Франция обязывалась выставить против Германии 1 300000 человек, Россия — 700 — 800 тысяч, сохраняя за собой как выбор главного операционного направления, так и свободу действий в отношении остальной вооруженной своей силы. Существенным недостатком этой конвенции было то обстоятельство, что она, обязывая Россию непременной помощью Франции на случай германского нападения, совершенно умалчивала об аналогичных обязанностях Франции на случай нападения Германии на Россию. Это едва не оказалось роковым для обеих союзниц в 1914 году.

Александр III питал большую симпатию и доверие к Обручеву, несмотря на то, что Обручев имел репутацию «отчаянного либерала». В 1863 году, состоя в чине капитана старшим адъютантом штаба 2-й гвардейской пехотной дивизии, Обручев потребовал отчисления от должности, когда дивизию двинули в Виленский округ, «не желая участвовать в братоубийственной войне». Аргументация более чем сомнительного свойства («братоубийственной войной» беспорядки 1863 года назвать нельзя), но показывающая огромную смелость характера и независимость суждений — логически он должен был бы поплатиться за это карьерой. В 1877 году великий князь Николай Николаевич-Старший наотрез отказался допустить Обручева в Дунайскую армию, и он был послан на Кавказ, где оказал ценную поддержку великому князю-фельдцейхмейстеру. После падения Плевны цесаревич Александр Александрович должен был принять Западный отряд и вести его за Балканы. Цесаревич заявил, что он согласен на это лишь при условии назначения начальником его штаба Обручева. Великий князь Николай Николаевич не хотел и слышать про Обручева. Тогда цесаревич отказался от Западного отряда и предоставил Гурко пожать лавры забалканского похода — сам же остался до конца войны во главе Рущукского отряда, утратившего свое значение.

Неудачное возглавление Военного ведомства генералом Ванновским парализовало, однако, творческую работу отдельных деятелей. Его тяжелый и властный обскурантизм превратил эпоху, последовавшую за Турецкой войной, в эпоху застоя — и в этом отношении Ванновского можно смело сравнить с Паскевичем. Опыт войны 1877 — 1878 годов совершенно не был использован и пропал даром. Он отразился лишь на мелочах.

Стратегически войну вообще нельзя было изучать. Главнокомандовавшим был августейший брат покойного Государя и дядя благополучно царствовавшего Императора. Разбирать объективно с кафедры его плачевное руководство, бесчисленные промахи Главной Квартиры было совершенно немыслимо, так как могло бы привести к подрыву престижа династии. Абсурдный же план войны, посылка войск по частям, неиспользование уже мобилизованных резервов — все это было делом рук графа Милютина, а Милютина раз навсегда условлено было считать «благодетельным гением» русской армии. Профессору стратегии ставилась таким образом неразрешимая задача — на каждом шагу он натыкался на «табу», касаться которых не смел.

Не меньшие трудности встречал и профессор общей тактики. Криденер, Зотов, Крылов, Лорис-Меликов — все это были заслуженные генерал-адъютанты, ошибки их выставлять не приличествовало.

Поэтому в исследованиях той войны «критический» метод — единственно продуктивный — был заменен методом «эпическим», описательным — механическим нанизыванием фактов и цифр, изложением событий «не мудрствуя лукаво». Фолианты официальных исследований пестрели неудобочитаемыми текстами бесконечных диспозиций по бесчисленным «отрядам», кропотливыми подсчетами стреляных гильз в каждой полуроте, но мы напрасно стали бы в них искать руководящей стратегической нити, отчетливой формулировки тактических выводов. Слушатели академии 80-х и 90-х годов — будущие начальники войсковых штабов в Маньчжурии — ничего или почти ничего не смогли почерпнуть из столь дефективно разработанного материала, и русская армия начала тяжелую войну на Дальнем Востоке, как бы не имея за собой опыта войны после Севастополя. До чего не торопились с разработкой этой войны видно из того, что официальное описание кампаний 1877 — 1878 годов не было закончено в 1914 году.

Лишенная «ариадниной нити» русская военная мысль пыталась проложить себе дорогу в этом темном и запутанном лабиринте и в большинстве случаев выходила на ложный путь. Ярок был еще ореол бронзовых защитников Малахова кургана, и к этой славе прибавилась свежая слава стойких шипкинских героев. Смысл войны стали видеть в том, чтобы «отбиваться», «отсиживаться», не столько наносить самим удары, сколько отражать удары неприятеля, предоставив тому инициативу. Смысл же боя полагали в непременном занятии позиции, на которой и отбиваться «до последнего патрона», предоставляя неприятелю «разбить себе лоб» об эту позицию. Пассивная стратегия влекла за собой пассивную тактику. Эти пассивные воззрения внешне не сказались особенно сильно на уставах, где чувствовалось драгомировское влияние, но они крепко вкоренились в подсознание большинства военачальников и командиров — в частности «новой формации» — во главе с Куропаткиным.

В неудаче наступательных наших действий под Плевной и турок Сулеймана у Шипки они видели убедительный довод к предпочтению оборонительно-выжидательного образа действий. Они не сознавали однако того, что в обоих этих случаях решающей была не столько сила обороны, пусть и геройской, сколько бездарная организация атаки (в частности у нас — слабость ударной части при гипертрофии «резервов» и «заслонов» и путаница «отрядной системы»). При хорошем управлении 60 таборов Сулеймана обтекли бы и потопили 6 наших шипкинских батальонов, а командуй под Плевной не Зотов, а Скобелев, Осман распрощался бы со своей саблей еще 31 августа. Всякий раз, когда русская пехота имела впереди достойных ее командиров, а позади своевременную поддержку, она не знала неудавшихся атак. Все это, однако, не сознавалось. Религия — вернее ересь — «резервов» и «заслонов», вопреки стараниям Леера, вкоренилась прочно. «Отрядная система» вошла в плоть и в кровь, и мистика позиций, защищаемых на месте «до последней капли крови», завладела умами и сердцами большинства.

Другие пошли за Драгомировым, мужественные призывы которого звучали подобно трубе. Однако односторонняя и предвзятая эта доктрина вела при первой же (и неизбежной) осечке к потере веры в свои силы.

* * *

Военно-окружная система вносила разнобой в подготовку войск . В различных округах войска были обучены по-разному, в зависимости от взглядов командующих войсками. В одном и том же округе система обучения менялась с каждым новым командующим . Если этот последний был артиллерист, то интересовался лишь своими бригадами, предоставляя пехотным и кавалерийским начальникам обучать войска как то им заблагорассудится. Назначали сапера — и начиналось увлечение «гробокопательством»: сооружение полевых укреплений, самоокапывание без конца при полном пренебрежении ко всему остальному на свете. Сапера сменял малиновый кант — «фортификация» немедленно же упразднялась, и все обучение сводилось к выбиванию «сверхотличного» процента попаданий на стрельбищах. Наконец появлялся представитель драгомировской школы, провозглашал, что «пуля дура, штык молодец!». И стройно идущие под барабан густые цепи начинали одерживать блистательные и сокрушительные победы над обозначенным противником.

Излюбленным видом огня была стрельба залпами — повзводно и всей ротой (впрочем, и команда «батальон, пли!» далеко не была редкостью). Залповый огонь широко применялся в кавказские и туркестанские походы, да сплошь и рядом и в минувшую Турецкую войну. Он производил неизменный эффект на храброго, но неорганизованного и сильно впечатлительного врага, и его культивировали тем охотнее, что дружный залп показывал выдержку и хорошее обучение части. Меткость подобного «декоративного» огня была, конечно, ничтожной.

По настоянию генерала Обручева стали производиться периодически (примерно через каждые два года) большие двусторонние маневры, в которых принимали участие крупные массы войск различных округов. В 1886 году у Гродны маневрировали войска Варшавского и Виленского военных округов, в 1888 году под Елисаветградом — войска Одесского и упраздняемого Харьковского, в 1890 году на Волыни — Варшавский округ против Киевского (на этих последних принимало участие до 120000 человек и 450 орудий).

В начале 90-х годов было приступлено к перевооружению войск магазинными винтовками. Из трех представленных в 1891 году образцов была утверждена 3-линейная винтовка системы полковника Мосина{15} . Рутинеры военного дела во главе с Драгомировым яростно восставали против технических новшеств, усматривая в технике «гибель духа». Ванновский отчасти разделял эту прискорбную софистику, но лишь в отношении артиллерии — его все-таки хватило на сознание настоятельной необходимости введения магазинок. Это важное мероприятие было осуществлено в 1893 — 1895 годах — сперва в пехоте, начиная с пограничных округов, затем и в коннице (получившей облегченную и укороченную винтовку «драгунского образца»). 3-линейная винтовка Мосина зарекомендовала себя блестяще. Имея прицел на 3200 шагов, она значительно превосходила простотой конструкции и баллистическими качествами ружья всех остальных европейских армий.

Вопрос же о введении скорострельной артиллерии остался открытым.

Генерал-фельдцейхмейстеру великому князю Михаилу Николаевичу не удалось побороть оппозицию рутинеров. Вместе с тем клиновую пушку надо было заменить: мы начали сильно отставать от армий наших западных соседей и вероятных противников. Пришлось идти на компромисс и перевооружить артиллерию нескорострельной поршневой пушкой образца 1895 года улучшенных данных в сравнении с предыдущим легким образцом (дальность выстрела — 3 версты шрапнелью и 6 верст гранатой при весе снаряда соответственно 19,5 и 17 фунтов и практической скорости стрельбы 2 выстрела в минуту). Калибр был принят однообразный — 3,42 дюйма — и упразднено деление батарей на батарейные и легкие. Таким образом, вместо коренного преобразования была предпринята частичная и притом очень дорого обошедшаяся поправка, имевшая чисто временный характер. Рано или поздно (и чем раньше, тем лучше) все равно приходилось завести скорострельную пушку — только теперь вместо одного перевооружения сразу приходилось предпринять два — с двойными расходами.

В результате проведения военной реформы была усилена регулярная армия, формировавшаяся на основе регулярных рекрутских наборов. Реорганизация армии началась в 1698 г., когда стали распускаться стрелецкие и создаваться регулярные полки. Была оформлена рекрутская система, в соответствии с которой солдатский состав полевой армии и гарнизонных войск стал набираться из податных сословий, а офицерский корпус – из дворян. Указ от 1705 г. завершил складывание «рекрутчины». В итоге с 1699 г. по 1725 г. было проведено 53 набора в армию и на флот (23 основных и 30 дополнительных). Они дали более 284 тыс. чел., призванных на пожизненную воинскую службу. К 1708 г. армия была доведена до 52 полков. Новая табель 1720 г. определила в составе армии 51 пехотный и 33 конных полка, что к концу правления Петра поставило 130-тысячную армию из 3 родов войск – пехоты, кавалерии и артиллерии. Кроме того, ок. 70 тыс. находилось в гарнизонных войсках, 6 тыс. в ландмилиции (ополчении) и свыше 105 тыс. в казачьих и иных иррегулярных частях. С 30-х гг. появляется тяжелая кавалерия (кирасиры), которая наносила в бою решающий удар по врагу. Кирасиры вооружались длинными палашами и карабинами, имели защитное снаряжение – металлические кирасы (латы) и каски. Заметную роль играла легкая конница – гусары и уланы.

Комплектование армии в 18 веке

С 1703 года вводится единый принцип комплектования армии солдатами рекрутский набор, который просуществует в Русской Армии вплоть до 1874 года. Рекрутские наборы объявлялись нерегулярно указами царя в зависимости от потребностей армии.

Первоначальное обучение рекрутов производилось непосредственно в полках, но с 1706 года вводится обучение на рекрутских станциях. Срок солдатской службы не определялся (пожизненно). Подлежащий призыву в армию мог выставить себе замену. Увольняли только полностью непригодных к службе. Довольно значительное число солдат получалось в армию из числа солдатских детей, которых всех с малолетства отдавали в школы "кантонистов". Из их числа в подразделения поступали цирюльники, лекари, музыканты, писаря, сапожники, шорники, портные, кузнецы, ковали и др. специалисты.

Унтер-офицерами комплектовали армию за счет производства в унтер-офицерские чины наиболее способных и расторопных солдат. Позднее много унтер-офицеров давали школы кантонистов.

Офицерами армию первоначально комплектовали за деньги (добровольный принцип) из числа иностранных наемников, но после поражения при Нарве 19.11.1700 года Петр I ввел принудительный набор в гвардию солдатами всех молодых дворян, которых после прохождения обучения выпускали в армию офицерами. Гвардейские полки, таким образом, играли и роль учебных офицерских центров. Срок службы офицеров также не определялся. Отказ от офицерской службы влек за собой лишение дворянства. 90% офицеров были грамотные.

С 1736 года срок службы офицеров был ограничен 25 годами. В 1731 году было открыто первое учебное заведение для подготовки офицеров — Кадетский корпус (впрочем, для подготовки офицеров артиллерии и инженерных войск была открыта "Школа пушкарского Приказа" еще в 1701 году). С 1737 года запрещено производить в офицеры неграмотных.

В 1761 году Петр III издает Указ "О вольности дворянства". Дворяне освобождаются от обязательной военной службы. Они по своему усмотрению могут выбирать военную или гражданскую службу. С этого момента комплектование армии офицерами становится чисто добровольным.

В 1766 году издается документ, упорядочивший систему комплектования армии. Это было "Генеральное учреждение о сборе в государстве рекрут и о порядках, какие при наборе исполняться должны". Рекрутская повинность кроме крепостных и государственных крестьян была распространена на купечество, дворовых людей, ясачных, черносошных, духовных, иностранцев, лиц приписанных к казенным заводам. Денежный взнос вместо рекрута разрешалось вносить только мастеровым и купцам. Возраст рекрутов был установлен с 17 до 35 лет, рост не ниже 159см.

Дворяне поступали в полки рядовыми и через 1-3 года получали звания унтер-офицеров, а затем по открытии вакансий (свободных офицерских должностей) получали звания офицеров. При Екатерине II широко расцвели злоупотребления в этой области. Дворяне сразу по рождении записывали своих сыновей в полки рядовыми, получали для них отпуска "для образования" и к 14-16 годам недоросли получали офицерские звания. Качество офицерского состава резко снизилось. Например, на 3.5 тысячи рядовых в Преображенском полку числилось 6 тысяч унтер-офицеров, из коих реально в строю находилось не более 100. С 1770 года при гвардейских полках создали кадетские классы для подготовки офицеров из числа реально служивших молодых дворян.

Павел I после восшествия на престол решительно и жестоко сломал порочную практику липовой службы дворянских детей.

С 1797 года в офицеры можно было производить лишь выпускников кадетских классов и училищ, и унтер-офицеров из дворян, прослуживших не менее трех лет. Унтер-офицеры из недворян могли получить офицерский чин после 12 лет службы.

Для обучения солдат и офицеров были подготовлены многочисленные наставления: «Упреждение в бою», «Для военной битвы правила», был издан «Устав воинский» (1698 г.), обобщивший 15-летний опыт непрерывной вооруженной борьбы. Для обучения офицеров в 1698-1699 гг. была основана бомбардирская школа при Преображенском полку, а в начале нового столетия созданы математическая, навигацкая (морская), артиллерийская, инженерная, иностранных языков и хирургическая школы. В 20-х гг. для подготовки унтер-офицеров действовало 50 гарнизонных школ. Для обучения воинскому делу практиковалась стажировка дворян за границей. Одновременно правительство отказалось от найма иностранных военных специалистов.

Шло активное строительство военно-морского флота. Флот строился и на юге, и на севере страны. В 1708 г. был спущен первый 28 – пушечный фрегат на Балтике, а через 20 лет российский флот на Балтийском море был самым мощным: 32 линейных корабля (от 50-ти до 96-ти пушечных), 16 фрегатов, 8 шняф, 85 галер и другие мелкие суда. Набор во флот осуществлялся из рекрутов (с 1705 г.). Для обучения морскому делу составлялись инструкции: «Артикул корабельный», «Инструкция и артикул, военные Российскому Флоту», «Устав морской» и, наконец, «Регламент адмиралтейский» (1722 г.). В 1715 г. в Петербурге была открыта Морская академия, готовившая морских офицеров. В 1716 году началась подготовка офицерских кадров через гардемаринскую роту.

В 1762 г. был организован Генеральный штаб. В армии создаются постоянные соединения: дивизии и корпуса, которые включали в свой состав все рода войск, и могли самостоятельно решать различные тактические задачи. Главным родом войск была пехота. Она делилась на линейную, которая действовала в колоннах и наносила противнику штыковой удар, легкую – егерскую. Егеря использовались для охвата и обхода противника и прикрытия своих флангов, вооружались нарезными ружьями, кинжалами и ножами. Они сражались в рассыпном строю, вели прицельный огонь. Во 2-ой пол. XVIII в. на вооружение войск поступали более совершенные гладкоствольные ударно-кремневые и нарезные («винтовальные») ружья, которыми вооружались егеря. Создаются новые артиллерийские системы, гаубичные орудия – единороги.

Увеличилась численность и удельный вес в войсках кавалерии. Соотношение пехоты и конницы было примерно таким: один кавполк на два пехотных. Основную массу кавалерии составляли драгуны.

В кон. столетия Балтийский флот имел 320 парусных и гребных судов различных классов, а Черноморский насчитывал 114 боевых кораблей.

Комплектование армии в 19 веке

В первой половине 19 века система комплектования армии не претерпела существенных изменений. В 1802 году был произведен 73-й рекрутский набор из расчета по два рекрута от 500 человек. В зависимости от потребностей армии рекрутский набор может в году не производиться вовсе, а может и по два набора в год. Например, в 1804 году набор был по одному человеку с 500., а в 1806 году по пять человек с 500.

В условиях опасности крупномасштабной войны с Наполеоном правительство прибегло к ранее не применявшемуся способу принудительного набора (сейчас это называется мобилизацией). 30 ноября 1806 года издается манифест "О составлении милиции". Этим манифестом помещики выставляли максимально возможное число своих крепостных, способных носить оружие. Но эти люди оставались во владении помещиков и после роспуска милиции в 1807 году ратники вернулись к помещикам. В милицию было собрано более 612 тыс. человек. Это был первый удачный опыт мобилизации в России.

С 1806 года создаются запасные рекрутские депо, в которых рекруты проходили обучение. В полки они посылались по мере надобности полков в пополнении. Таким образом, удалось обеспечивать постоянную боеспособность полков. Ранее после боев и понесенных потерь полк на длительное время (пока не получит и не обучит новых рекрутов) выбывал из действующей армии.

Плановые рекрутские наборы проводились в ноябре каждого года.

1812 год потребовал провести три рекрутских набора, при этом общее число рекрутов составило 20 человек с 500.

В июле 1812 года правительство проводит вторую в этом веке мобилизацию — манифест "О сборе земского ополчения". Число ратников ополчения составило около 300 тыс. человек. Командовали ратниками или сами помещики, или отставные офицеры. Ряд крупных аристократов из своих крепостных за свой счет сформировали и передали армии несколько полков. Некоторые из этих полков позднее были причислены к армии. Наиболее известны кавалерийский эскадрон В.П.Скаржинского, казачий полк графа М.А.Дмитриева-Мамонова, гусарский полк графа П.И.Салтыкова (позднее Иркутский гусарский полк), батальон Великой Княгини Екатерины Павловны.

Кроме того, существовали особые части, которые в первой половине 19 века не причислялись к армии, но участвовали во всех войнах, которые вела Россия. Это были казаки — казачьи части. Казачество являлось особым способом принудительного принципа комплектования вооруженных сил. Казаки не были крепостными или государственными крестьянами. Они были вольными людьми, но в обмен за свою свободу поставляли стране определенное количество готовых, вооруженных кавалерийских частей. Порядок и способы набора солдат и офицеров казачьи земли определяли сами. Они же за свой счет вооружали и обучали эти части. Казачьи части отличались высокой обученностью, боеспособностью. В мирное время казаки несли пограничную службу в местах своего проживания. Границу они закрывали очень качественно. Система казачества сохранится вплоть до 1917 года.

Комплектование офицерами. К 1801 году для подготовки офицеров имелись три кадетских корпуса, Пажеский корпус, Императорский Военно-Сиротский Дом, Гапаньемский топографический корпус. (Флот, артиллерия, инженерные войска имели свои учебные заведения еще с начала 18 века).

С 1807 года дворянам 16 лет и старше разрешалось поступать в полки на правах унтер-офицеров для обучения на офицеров (именовались юнкерами), или же заканчивать старшие классы кадетских корпусов. В 1810 году был создан учебный Дворянский полк для обучения на офицеров молодых дворян.

После окончания войны и заграничного похода рекрутский набор был проведен только в 1818 году. Не было набора в 1821-23 годах. В это период до нескольких тысяч человек было поставлено в армию за счет отлова бродяг, беглых крепостных, преступников.

В 1817 году расширилась сеть военно-учебных заведений по подготовке офицеров. Офицеров стали готовить Тульское Александровское Дворянское училище, открылся Смоленский кадетский корпус. В 1823 году при Гвардейском корпусе открыли Школу гвардейских подпрапорщиков. Затем подобные школы открыли при штабах армий.

С 1827 года солдатами в армию стали брать евреев. Тогда же был издан новый устав рекрутской повинности.

С 1831 года рекрутская повинность была распространена и на детей священников, не пошедших по духовной линии (т.е. не ставших учиться в духовных семинариях).

Новый Рекрутский Устав значительно упорядочил систему набора рекрутов. По этому уставу все податные сословия (категории населения, обязанные платить налоги) были переписаны и разбиты на тысячные участки (территория, на которой проживает тысяча человек податного сословия). Рекрутов теперь брали упорядочено с участков. Некоторые состоятельные сословия освобождались от выставления рекрута, но платили по тысяче рублей вместо рекрута. Ряд районов страны были освобождены от рекрутской повинности. Например, области казачьих войск, Архангельская губерния, полоса в сто верст вдоль границ с Австрией и Пруссией. Были определены сроки набора рекрутов с 1 ноября по 31 декабря. Особо были оговорены требования к росту (2 аршина 3 вершка), возрасту (от20 до 35 лет), состоянию здоровья.

В 1833 году стали практиковаться вместо всеобщих рекрутских наборов частные, т.е. набор рекрутов не со всей территории равномерно, а с отдельных губерний. В 1834 году была введена система бессрочных отпусков для солдат. После 20 лет службы солдат мог быть уволен в бессрочный отпуск, но при необходимости (обычно в случае войны) мог быть взят в армию вновь. В 1851 году срок обязательной службы для солдат был установлен в 15 лет. Офицерам также разрешили бессрочный отпуск после 8 лет службы в обер-офицерских чинах или 3 лет в штаб-офицерских чинах. В 1854 году рекрутский набор был разделен на три вида: обыкновенный (возраст 22-35, рост не менее 2 аршина 4 вершка), усиленный (возраст не определяется, рост не ниже 2 аршин 3.5 вершка), чрезвычайный (рост не ниже 2 аршина 3 вершка) . Довольно значительный приток в армию качественных солдат давали так называемые "кантонисты", т.е. дети солдат, которых с малолетства отправляли учиться в школы кантонистов. В 1827 году школы кантонистов были преобразованы в полуроты, роты и батальоны кантонистов. В них кантонисты обучались грамоте, военному делу, а по достижении призывного возраста отправлялись в армию на должности музыкантов, сапожников, фельдшеров, портных, писарей, ружейных мастеров, цирюльников, казначеев. Значительная часть кантонистов отправлялись в учебные карабинерные полки и после их окончания становились превосходными унтер-офицерами. Авторитет школ военных кантонистов стал столь высок, что в них нередко поступали и дети неимущих дворян и обер-офицеров.

После 1827 года основная масса унтер-офицеров комплектовалась из учебных карабинерных полков, т.е. качество унтер-офицерского состава неуклонно повышалось. Дело дошло до того, что лучшие из унтер-офицеров направлялись в офицерские училища, Дворянский полк, кадетские корпуса преподавателями строевой и физической подготовки, стрелкового дела. В 1830 году для подготовки офицеров было открыто еще 6 кадетских корпусов. В 1832 году для получения офицерами высшего образования была открыта Военная Академия (офицеры артиллерии и инженерных войск получали высшее военное образование в своих двух академиях, открытых намного раньше). В 1854 году было разрешено принимать молодых дворян в полки в качестве вольноопределяющихся (на правах юнкеров), которые после обучения непосредственно в полку получали офицерские звания. Этот порядок был установлен лишь для военного времени.

В 1859 году было разрешено отпускать солдат в бессрочный отпуск (то, что теперь называется "уволить в запас") после 12лет службы.

В 1856 году была ликвидирована система военных кантонистов. Дети солдат были освобождены от ранее обязательного для них военного будущего. С 1863 года возраст рекрутов был ограничен 30 годами. С 1871 года была введена система сверхсрочнослужащих. Т.е. унтер-офицер после окончания обязательного срока службы 15 лет мог остаться служить сверх этого срока, за что получал ряд льгот, повышенное денежное содержание.

В 1874 году отменяется рекрутская обязанность, просуществовавшая почти два века. Вводится новый способ набора армии — всеобщая воинская обязанность.

Призыву в армию подлежали все молодые мужчины, которым к 1 января исполнилось 20 лет. Призыв начинался в ноябре каждого года. От солдатской службы освобождались священники, медики и давалась отсрочка до28 лет лицам, проходящим обучение в учебных заведениях. Количество подлежащих призыву в те годы намного превышало потребности армии и поэтому все, кто не подпадал под освобождение от службы тянули жребий. Шли служить те, кому выпал жребий (примерно один из пяти). Остальные зачислялись в ополчение и подлежали призыву в военное время или при необходимости. Они состояли в ополчении до 40 лет.

Срок солдатской службы был установлен в 6 лет плюс 9 лет в запасе (могли призвать по необходимости или в военное время). В Туркестане, Забайкалье и на Дальнем Востоке срок службы был 7 лет, плюс три года в запасе. К 1881 году срок действительной солдатской службы был снижен до 5 лет. Вольноопределяющимися можно было поступать в полк с 17 лет.

С 1868 года развертывается сеть юнкерских училищ. Кадетские корпуса преобразовываются в военные гимназии и прогимназии. Они теряют право производить своих выпускников в офицеры и становятся подготовительными учебными заведениями, готовящими молодых людей к поступлению в юнкерские училища. Позднее их вновь переименовали в кадетские корпуса, но статуса не изменили. К 1881 году все вновь поступающие в войска офицеры имеют военное образование.

Военная реформа 1874 г. была призвана сократить численность армии и вместе с тем поднять ее боеспособность. 1 января 1874 г. была установлена всеобщая воинская повинность. К службе привлекались все мужчины, достигшие возраста 21 года, к какому сословию они бы ни принадлежали. По жребию из призывников отбирали необходимое количество (ок. 20 %), остальных зачисляли в ополчение (на случай войны). Был определен срок службы – 6 лет и после этого 9 лет в запасе (флот 7 лет и 3 года). Освобождались от воинской службы служители религиозного культа, врачи, учителя, представители народов Средней Азии и Казахстана, Крайнего Севера и Дальнего Востока. Предоставлялись льготы призывникам, имеющим образование: высшее – 6 месяцев, гимназии – 1,5 года, городские училища – 3 года, начальные школы – 4 года. Это позволило сократить численность кадровой армии в мирное время.

Система высшего военного образования не подвергалась серьезным изменениям. Частично были изменены учебные планы и программы в сторону придания военному обучению более практического характера. Были открыты две новые академии Военно-юридическая и Морская (к концу века имелось всего 6 академий. Количество слушателей в них – 850). Реорганизации подверглась средняя военная школа. Вместо детских корпусов были созданы военные гимназии, которые давали общее среднее образование и готовили к поступлению в военные училища и прогимназии с 4-х летним сроком обучения для подготовки к поступлению в юнкерские училища. Срок обучения в военных училищах был определен в 3 года. Училища готовили офицеров для пехоты и кавалерии, давали знания, необходимые для командования полком. Юнкерские училища предназначались для подготовки офицеров из лиц, не имевших общего среднего образования, из армейских низших чинов, вышедших из дворянских и обер-офицерских семей. Для подготовки технических специалистов создавались специальные школы. В военно-учебные заведения был приоткрыт доступ представителям других сословий, но дворяне в них составляли 75 % учащихся. В 1882 г. военные гимназии ликвидируются и восстанавливаются Кадетские корпуса, как закрытые дворянские учебные заведения.

Вооруженные силы страны делились на постоянные войска (кадровая армия, запас, казачьи полки, «инородческие» части) и ополчение, куда зачислялись, освобожденные от военной службы и отслужившие положенный срок.

Создается Центральнее управление – Военное министерство, куда входили Военный Совет, Канцелярия, Главный штаб. Главное управление: интендантское, артиллерийское, инженерное, медицинское, судебное, учебных заведений и казачьих войск. Территория России делилась на 15 военных округов, в которых предусматривался: Командующий, Военный Совет, штаб, управления. Это обеспечило оперативное управление войсками, быстрое развертывание армии.

В 1891 г. на вооружение в армии принимается имевшая высокие боевые качества 5-ти зарядная магазинная (7,62 мм) винтовка С.И.Мосина. Артиллерия вооружается стальными нарезными орудиями, заряжающимися с казенной части. Изобретатель В.С. Бараневский создает 76 мм скорострельную полевую пушку.

Осуществляется переход к броненосному флоту.

Военные реформы 60-70-х гг. имели прогрессивное значение, они повысили боеспособность русской армии, что подтвердила русско-турецкая война, в которой Россия одержала победу.

В Российском государстве начиная с 30-ых годов 17 в. были предприняты попытки создать более совершенную военную систему. Стрельцы и поместная конница уже не являлись надежными средствами укрепления границ.

Регулярная русская армия возникла при императоре Петре I (1682-1725).

Его Указ «О приеме в службу в солдаты из всяких вольных людей» (1699) положил начало наборам в новую армию. В Указе от 20 февраля 1705 г. впервые упомянут термин «рекрут», срок службы которого установил Петр I - «доколе силы и здоровье позволят». Рекрутская система прочно закрепила классовый принцип организации армии: солдатский состав набирался из крестьян и других податных слоев населения, а офицерский - из дворян.

Каждая сельская или мещанская община обязывалась предоставить в армию мужчину в возрасте от 20 до 35 лет с определенного числа (чаще 20) дворов.

В 1732 г. фаворит императрицы Анны Иоанновны (1730-1740) - Б.Х. Миних (президент Военной коллегии) утвердил набор рекрутов в возрасте от 15 до 30 лет по жребию.

Пожизненный срок службы сменился 10-летним, более того, крестьяне-военнослужащие могли быть произведены в офицеры, т.е. выйти в дворяне. Кроме того, в 1736 г. вышло указание, разрешающее единственным в семье сыновьям не служить в армии, а одному из братьев избежать рекрутчины.

В 1762 г. император Петр III (1761-1762) установил срок службы в армии - 25 лет.

В 1808-1815 гг.

при императоре Александре I (1801-1825) были организованы военные поселения - специальные волости, населенные государственными крестьянами, которые переводились в разряд военных поселян. Здесь расселялись солдатские полки, к солдатам выписывались их семьи, солдат женили (часто не по их выбору). Военные поселяне пожизненно отбывали военную службу и выполняли земледельческие работы, чтобы обеспечить себя.

забритый в царскую армию на 25 годков

Все мальчики с 7 лет становились кантонистами, одевались в форму и пожизненно несли и солдатскую, и крестьянскую службу. В госистархиве Чувашской Республики хранятся книги по учету кантонистов. В 50-ые годы 19 в. поселенцы, кантонисты, уволенные из военного ведомства, были причислены в сельские общества государственных и удельных крестьян, о чем свидетельствуют ревизские сказки и др. документы.

С 1834 г. при императоре Николае I (1825-1855) солдат увольнялся в бессрочный отпуск («запас») по истечении 20 лет службы.

С 1839 г. по 1859 г. срок службы сократился с 19 до 12 лет, предельный возраст рекрута — с 35 лет до 30.

Из формулярного (призывного) списка Чебоксарского уездного присутствия за 1854 г.:

Михайло Васильев (Примечание: рекрут сей поступил охотою за брата Козму Васильева), возраст - 20 лет, рост - 2 аршина 3 вершка, приметы: волосы на голове и брови темно-русые, глаза голубые, нос и рот обыкновенные, подбородок - круглый, вообще лицо - рябоватое. Особые приметы: на правой стороне спины от болезни пятно. Из какого сословия принят, по какому набору: Казанской губернии, Чебоксарского уезда, Сундырской волости, д.

Большой Аккозиной, из государственных крестьян, по 11 частному набору, православный, холост. Читать, писать, какого-либо мастерства не знает.

719. Василий Федоров, возраст 21/2 лет, рост - 2 аршина 5 вершков, приметы: волосы на голове и брови - черные, глаза карие, нос - широковатоострый, рот - обыкновенный, подбородок - круглый, вообще лицо чистое. Особые приметы: на пояснице родимое пятно. Из какого сословия принят, по какому набору: Казанской губернии, Чебоксарского уезда, Липовской волости, д.

Багильдиной, из государственных крестьян, по 11 частному набору, православный, женат на Елене Васильевой, детей нет. Читать, писать, какого-либо мастерства не знает.

В семейном рекрутском списке Чебоксарского округа Алымкасинской волости Алымкасинского сельского общества за 1859 г. имеются сведения о поступлении крестьян в рекруты с 1828 г., данных о возвращении рекрутов нет.

Очередные изменения в сроках службы связаны с главой Военного министерства Д.А. Милютиным (1861-1881), который в 1873 г.

провел реформу. В результате с 1 января 1874 г. на смену рекрутской системе пришла всеобщая воинская повинность. Все мужское население, достигшее 20-летнего возраста, без различия сословий, 6 лет служило непосредственно в строю и 9 лет числилось в запасе (для флота - 7 лет действительной службы и 3 года в запасе).

Отслужившие сроки действительной службы и в запасе зачислялись в ополчение, в котором пребывали до 40 лет. От действительной службы освобождались: единственный сын, единственный кормилец в семье при малолетних братьях и сестрах, призывники, у которых старший брат отбывает или отбыл срок действительной службы.

Остальные годные к службе, не имевшие льгот, тянули жребий. Все годные к службе, в т.ч. и льготники, зачислялись в запас, а по истечении 15 лет - в ополчение. Давались отсрочки на 2 года по имущественному положению. Сроки действительной военной службы сокращались в зависимости от образовательного ценза: до 4 лет - для окончивших начальную школу, до 3 лет - городскую школу, до полутора лет - для имевших высшее образование.

Если получивший образование поступал на действительную службу добровольно («вольноопределяющийся»), сроки службы сокращались вдвое.

На службе солдат обучали грамоте. От воинской повинности освобождалось духовенство.

Из призывного списка с. Яндашево Алымкасинской волости Чебоксарского уезда за 1881 г.:

… д. Чодиной

№ 2. Никита Якимов, род. 24 мая 1860 г., семейное положение: сестра Екатерина, 12 лет, жена Оксинья Яковлева, 20 лет.

Решение Присутствия по воинской повинности: «Имеет льготы первого разряда как единственный в семье работник.

Зачислить в ополчение»;

д. Ольдеево - Изеево

№ 1. Иван Петров, род. 4 января 1860 г., семейное положение: мать - вдова, 55 лет, сестры: Варвара, 23 лет, Прасковья, 12 лет, жена Огафья Исаева, 25 лет.

Решение Присутствия по воинской повинности: «Дана льгота первого разряда как единственному в семье работнику при матери - вдове.

Зачислен в ополчение».

Из рапорта помощника старшины Алымкасинского волостного правления Чебоксарскому уездному исправнику от 17 августа 1881 г.: «… в дер. Юраково есть ныне уволенный в запас солдат Порфирий Федоров - музыкант хора 66 пехотного Бутырского полка, который поступил на военную службу 16 декабря 1876 г., по слабосилию был зачислен в Арзамасский запасной батальон, в составе которого принимал участие в Турецкой войне…».

При военном министре П.С.

Ванновском (1882-1898) по новому воинскому уставу 1888 г. произошли новые сокращения срока службы: 4 года в пеших войсках, 5 лет в кавалерии и инженерных войсках. Срок службы в запасе увеличился с 9 до 18 лет. Годный к службе числился в ополчении до 43-летнего возраста, с 20 лет до 21 года повысился призывной возраст на действительную службу, в 2-4 раза увеличились сроки службы для лиц, окончивших средние и высшие учебные заведения, а также для вольноопределяющихся.

Из призывного списка Ишлей-Шарбашевского общества Сюндырской волости Козмодемьянского уезда за 1892 г.:

Марков Лаврентий Маркович, род. 4 августа 1871 г. Семейное положение: брат Николай, 11 лет, сестра Дария, 16 лет.

Решение Присутствия по воинской повинности: «Имеет право на льготу первого разряда по 45 ст.

как единственный способный брат при брате и сестре - круглых сиротах… Зачислить ратником 2 разряда в ополчение».

Николаев Филипп Николаевич, род. 2 ноября 1871 г. Семейное положение: отец Николай Федоров, 45 лет, мать Аграфена Степанова, 40 лет, братья: Петр, 17 лет, Иван, 13 лет, Кузьма, 10 ½ лет, Никифор, 6 лет.

Решение Присутствия: «Имеет право на льготу второго разряда по 45 ст. как единственно способный к труду сын при отце способном и братьях моложе 18 лет. Зачислить ратником 1 разряда в ополчение».

Из призывного списка Сюндырской волости за1895 г.:

Елаков Роман Евдокимович, род. 12 ноября 1873 г. Семейное положение: отец Евдоким Иванов, 50 лет, мать Настасья Петрова, 45 лет, родные братья: Григорий, 23 года, в призыв 1892 г. поступил и состоит на службе, Филипп, 18 лет, сестры: Надежда, 15 лет, Татьяна, 12 лет; православный, холост, по образованию принадлежит к четвертому разряду (свидетельство Козмодемьянского уездного училищного совета от 17 августа 1888 г.), номер вытянутого жребия № 230, рост 1,71 , имеет право на льготу третьего разряда как непосредственно следующий по возрасту за братом, состоящим на действительной службе.

Решение: зачислить в ополчение, ратник 1-го разряда.

Последнее изменение срока службы в царской армии произошло в 1906 г.: в пехоте стали служить 3 года, в остальных войсках - 4 года.

Воинский призыв в царской России — кого и на сколько брали в армию

Хотя, согласно «Уставу о всеобщей воин-ской повинности» в Императорской России в войска призывались все 21-летние, за исключением духовных лиц всех вероисповеданий, но военную службу проходили далеко не все. Так как еже-годно призывных было больше, нежели требо-валось призвать, то призывные отбирались припомощи жребия в порядке выпавшего каждому номера.

Кроме того, освобождались от военной службы, единственные сыновья, старшие сыновья и необходимые работни-ки в семье.

Давались льготы по образованию — отсрочка призыва и сокращение срока службы до 1-го года вместо нормальных 3,5 лет.

Сколько служили в царской армии, какой раньше был срок службы

Имеющие образование 6 классов средней школы и выше отбывали воинскую повинность «вольноопределяющимися». Отказавшись от жребия, они служили год (с высшим образованием 9 месяцев), с обя-зательством выдержать экзамен на чин офи-цера запаса. Это относилось и к евреям, с той только разницей, что они не получали офи-церского чина.

Все учителя освобождались от воинской повинности.

Императорская Армия была средством воспитания народа.

Солдат обя-зательно обучался грамоте, приобретал благо-воспитанность, культивировался и усваивал понятие о долге.

источник : , июль 1983 г.

Дополнительно:

ВОИНСКАЯ ПОВИННОСТЬ

Московское царство, Российская империя, Российский исторический словник, Термины, Удельная (Ордынская) Русь

ВОИНСКАЯ ПОВИННОСТЬ, установленная русским законом обязанность мужчин нести военную службу по защите Родины.

Свидетельство о явке к исполнению воинской повинности, 1884 год

В Древней Руси до к.

XV в. воинская повинность осуществлялась в основном в форме народного ополчения. В последующие столетия главное место занимали ополчения мелких и средних землевладельцев (дворян), получавших за военную службу поместья и деньги.

Созданные в 1630-50-х полки «нового строя», постепенно вытеснившие дворянское ополчение, с 1640-х комплектовались принудительным набором даточных людей, для которых с н. 1650-х военная служба стала пожизненной.

«Армия Российской Империи: состав, жалование офицеров, нормы довольствия»

В период 1699-1705 сложилась система рекрутской воинской повинности, оформленная указом 1705 и приложенными к нему «Статьями, данными стольникам о сборе даточных солдат или рекрут».

Военная служба оставалась для солдат пожизненной и постоянной, служба же дворянства была в 1732 ограничена 25-летним сроком, а в 1762 они были вовсе освобождены от воинской повинности. По Рекрутскому уставу 1831 воинскую повинность отбывало все крестьянство, мещанство и солдатские дети. Срок службы солдат в 1793 был сокращен до 25 лет, в 1834 - до 20, после Крымской войны 1853-56 - до 12 и к 1874 - до 7 лет.

С 1854 была введена «жеребьевка» (номер очереди призыва разыгрывался по жребию) из трех разрядов по семейному положению. При этом широко допускалось сперва платное заместительство, а затем и выкуп от воинской повинности, для чего правительством выпускались «зачетные» и «выкупные» квитанции. С изданием 1 янв. 1874 Устава о воинской повинности, которым была введена всеобщая воинская повинность, замена и выкуп были отменены, зато установлены освобождения, льготы и отсрочки по физическому состоянию, семейному положению, образованию, званию, роду занятий, имущественному положению и, наконец, по национальному признаку («инородцы»); таким путем от воинской повинности легально освобождалось не менее 10% призываемых.

Устав 1874 установил призывной возраст в 21 год, закрепил сложившуюся систему жеребьевки, определил общий срок службы в 15 лет, из них действительной службы - 6 (во флоте 7) и в запасе - 9 лет. В 1876 срок действительной военной службы был сокращен до 5 лет, в 1878 - до 4 и в 1905 - до 3. В первую мировую войну Россия вступила при следующих основах воинской повинности: призывной возраст - 20 лет (к 1 янв. года призыва), общий срок службы - 23 года (предельный возраст 43 года); действительная служба в пехоте и пешей артиллерии - 3 года, в остальных родах войск - 4 года; в запасе - 15 (13) лет, остальные 4-5 лет - в ополчении 1-го разряда (для пополнения полевой армии военного времени), куда зачислялись, кроме старых солдат, на 23 года все годные к службе излишки ежегодного призывного контингента; в ополчение 2-го разряда (вспомогательные и тыловые части военного времени) зачислялись на тот же срок излишки ограниченно годных к военной службе и освобожденных по семейному положению.

Военная реформа: изменение системы военного управ-я, комплектования и обеспечения Вооруженных Сил. Устав о воинской повинности 1874 г. Военно-судебная реформа 1867 г.

Улучшить подготовку офицерских кадров

Перевооружить армию современным оружием

Улучшить систему военного управления

Ликвидировать отставание русской армии от западноевропейских

Создать армию, обладающую обученными резервами

Причиной введения этой реформы стало поражение Российской Империи в Крымской войне.

Основные положения реформы:

Учреждены 15 военных округов для улучшения управления армией

Расширена сеть военных учебных заведений для подготовки офицеров(академии, военные гимназии, юнкерские училища)

Вводились новые военные уставы

Проведены перевооружение армии и флота

Отмена телесных наказаний

А в 1874 году была отменена рекрутская система, вводилась всеобщая(всесословноя) воинская повинность

Устанавливались следующие сроки службы в армии: в пехоте - 6 лет, во флоте - 7, 9 лет в запасе,для окончивших уездные училища - 3 года, для окончивших гимназии 1.5 года, для окончивших вузы 6 месяцев, т.

е. Срок службы зависел от образования.

Военная служба начиналась с 20 лет. На военную службу не призывались: единственный в семье сын, кормилец, духовенство, народы Севера, Ср. Азии, часть Кавказа и Сибири

Первая русская революция 1905-1907 гг.: ее предпосылки и основные этапы.

Создание Советов как органов революционной власти.

Высочайший Манифест Об усовершенствовании государственного порядка (Октябрьский манифест)

Законодательный акт Верховной Власти Российской империи, обнародованный 17 (30) октября 1905.

Был разработан Сергеем Витте по поручению Императора Николая II в связи с непрекращающейся «смутою». В октябре в Москве началась забастовка, которая охватила всю страну и переросла во Всероссийскую октябрьскую политическую стачку.

12-18 октября в различных отраслях промышленности бастовало свыше 2 млн человек. Эта всеобщая забастовка и, прежде всего, забастовка железнодорожников, и вынудили императора пойти на уступки.

Прежде всего, Манифест 17 октября 1905 года обозначил основные права и свободы человека и гражданина, которые были более подробно рассмотрены в
Своде основных государственных законов. Это был значимый шаг к развитию принципов конституционизма в стране.

Кроме того, в Манифесте нашли свое отражение основы государственного устройства, основы формирования и деятельности Государственной Думы и
Правительства, которые также получили свое развитие в Своде.

Свод, в свою очередь охватил более широкий круг вопросов.

Кроме указанных вопросов, в данном нормативном правовом акте нашли свое отражение такие важнейшие вопросы, как вопрос о государственной власти, законодательной инициативе и законодательном процессе в целом, о положении данного Свода в законодательной системе, которая существовала в тот период, и многое другое.

Основные гос законы Российской Империи в редакции 23 апреля 1906г: форма правления, порядок законодательства, права и обязанности подданных

За несколько дней до открытия первой Думы, 23 апреля 1906 г., Николай II утвердил текст редакции Основных государственных законов Российской империи.

Такая поспешность была связана со стремлением не допустить их обсуждения в Думе, дабы последняя не превратилась в Учредительное собрание. Основные законы 1906 г. закрепляли государственное устройство Российской империи, государственный язык, существо верховной власти, порядок законодательства, принципы организации и деятельности центральных государственных учреждений, права и обязанности российских подданных, положение православной церкви и др.

В первой главе основных законов раскрывалось существо «верховной самодержавной власти».

До последнего момента Николай II сопротивлялся изъятию из текста положения о неограниченной власти монарха в России. В окончательной редакции статья об объеме царской власти была сформулирована следующим образом: «Императору Всероссийскому принадлежит Верховная Самодержавная власть…» Отныне российский император должен был делить законодательную власть с Думой и Государственным Советом.

Однако прерогативы монарха остались весьма широкими: ему принадлежал «почин по всем предметам законодательства» (только по его инициативе могли быть пересмотрены Основные государственные законы), он утверждал законы, назначал и увольнял высших сановников, руководил внешней политикой, провозглашался «державным вождем российской армии и флота», наделялся исключительным правом чеканки монеты, от его имени объявлялась война и заключался мир, осуществлялось судопроизводство.

В девятой главе, устанавливавшей порядок принятия законов, определялось, что «никакой новый закон не может последовать без одобрения Государственного Совета и Государственной Думы и воспринять силу без утверждения Государем Императором».

Законопроекты, не принятые обеими палатами, считались отклоненными. Законопроекты, отклоненные одной из палат, могли быть вновь внесены на ее рассмотрение только с разрешения императора.

Законопроекты, не утвержденные императором, могли быть вновь рассмотрены не ранее следующей сессии.

Основные государственные законы заложили основы новой политической системы, впоследствии получившей название третьеиюньской монархии.

Основные государственные законы 1906 г. являлись конституцией. Таковыми они рассматривались как представителями власти, так и либеральными историками государственного права.

Таким образом, можно сделать выводы, что в России установилась дуалистическая монархия.

Характерным признаком такой формы в России являлось незавершенное разделение властей, порождавшее синтез элементов абсолютной и конституционной монархии, при явном преобладании первых.

Гос Дума

Система представительных учреждений вводилась в России рядом гос.актов, начиная с Манифеста 6 августа 1905 г.

и кончая «Основными гос. законами»23 апреля 1906 г. По первоначальному проекту (6 августа 1905 г.) Гос-венная дума предполагалась как «законосовещательное установление», избираемое на основе цензового представительства от трех курий.

Обострение полит.ситуации вскоре потребовало пересмотра проекта.

11 декабря 1905 г., после разгрома вооруженного восстания в Москве, издается указ «Об изменении положения о выборах в Гос-венную думу», кот. значительно расширяется круг избирателей.

Практически все мужское население страны в возрасте старше 25 лет, кроме солдат, студентов, поденных рабочих и части кочевников, получило избирательные права. Право выборов не было прямым и оставалось неравным для избирателей разных категорий (курий).

Депутаты избирались избирательными собраниями, состоящими из выборщиков от каждой губернии и ряда крупных городов.

Выборщики избирались четырьмя отдельными куриями избирателей: землевладельцами, городскими жителями, крестьянами и рабочими.

Гос-венная Дума в период с 1905–1907 гг. являлась представительным органом власти, впервые ограничившим монархию в России.

Причинами формирования Думы явились: революция 1905–1907 гг., поднявшаяся после Кровавого воскресенья, и общее народное волнение в стране.

Порядок формирования и учреждение Думы устанавливались Манифестом об учреждении Гос.

Гос-венная Дума должна была работать совместно с Советом министров.

Всеобщая воинская обязанность в России в 1913 году.

Совет министров был постоянно действующим высшим правительственным учреждением, возглавляемым председателем.

Совет министров возглавлял все ведомства по вопросам законод-ва и высшего гос. управ-я, т. е. он в некоторой степени ограничивал дея-сть Гос. Думы.

Основные принципы работы Гос. Думы:

1. свобода совести;

2. участие в выборах широких слоев населения;

3. обязательное утверждение Думой всех издаваемых законов.

Активным избирательным правом в Гос-венную Думу обладали все мужчины старше 25 лет (исключение – военнослужащие, студенты, поденные рабочие и кочевники).

вышло Учреждение Гос. Думы.

Компетенция Думы по Учреждению: разработка законов, их обсуждение, утверждение бюджета страны. Все законопроекты, принятые Думой, должны были получить одобрение Сената, а позднее – императора. Дума не имела права рассма3вать вопросы, выходящие за рамки ее компетенции, например вопросы платежей по гос.

долгам и кредитам Министерству двора, а также по гос. займам.

Срок полномочий Гос. Думы – 5 лет.

Гос-венная Дума была двухпалатной: верхняя палата – Гос. совет (его возглавляли председатель и вице-председатель, назначаемые императором ежегодно); нижняя палата – представители от населения.

В период 1905–1907 гг.

было созвано 3 Думы различ. составов. I Дума просуществовала 72 дня. Она была наиболее либерально настроенной, т.к.ее созыв стал следствием революционного движения в России, в ней не было представителей от монархического движения.

После роспуска уже III Думы (когда народные восстания были подавлены царской армией) были внесены значительные изменения в законы о Гос. Думе, например:

2. ограничивалось число представителей от Польши, Кавказа и Средней Азии.

⇐ Предыдущая12345678910

В начале XIX века русская армия считалась лучшей в Европе (соответственно и в мире). Русская пехота имела на вооружении лучшие в Европе образцы стрелкового и артиллерийского , а в сочетании с боевыми качествами русского солдата и «суворовской школы» это делало русскую армию сильнейшей военной силой континента. Опыт Итальянской и Швейцарской компаний Суворова, Средиземноморский поход Ушакова показали, что русское военное искусство стоит на высочайшем уровне и не уступает французскому, а в ряде моментов и превосходит. Именно в это время А. В. Суворов разработал принципы стратегического взаимодействия театров войны. По его мнению, главным способом войны было стратегическое наступление. Надо отметить, что идеи и действия Суворова внимательно изучались во Франции. Можно сказать, что Наполеон Бонапарт был в определённой мере «учеником» Суворова, переняв его наступательную манеру боя, манёвренную войну.

Суворов применил основные тактические идеи, которые потом будет использовать русская армия: наступление широким фронтом (сражение на реке Адда 15-17 апреля 1799 года), встречное сражение (битва при Треббии 6-8 июня 1799 года), действия рассыпным строем и колоннами (сражение при Нови 1 августа 1799 года). Практически в каждом сражении Суворов выступал как новатор. Решительность, быстрота, натиск, чёткий расчёт и высочайший боевой дух суворовских «чудо-богатырей» приносили России одну победу за другой.


В дальнейшем основы, заложенные П. А. Румянцевым и А. В.Суворовым, применялись другими русскими полководцами. Так, учеником этих двух великих русских полководцев можно назвать Михаила Илларионовича Кутузова, генералом «суворовской школы» был Пётр Иванович Багратион и ряд других героев Отечественной войны 1812 года. Надо сказать, что поражение под Аустерлицем, как и неудачные итоги антифранцузских кампаний 1805, 1806-1807 гг., были связаны в первую очередь не с недостатками русской армии, подготовкой её командного состава и солдат, а с геополитическими причинами. Россия и император Александр шли на поводу у своих союзников (Австрии, Англии, Пруссии), играли в чужую игру. Александр послушался австрийских союзников и втянул армию в битву под Аустерлицем, хотя Кутузов был против этого сражения. Ещё раньше австрийцы не стали ожидать русских войск и вторглись в Баварию, в результате потерпели тяжёлое поражение. Кутузов, сохраняя армию, был вынужден совершить удивительный марш-манёвр протяжённостью в 425 км от Браунау к Ольмюцу, в ходе которого нанёс ряд поражений отдельным частям армии Наполеона. В 1806 году прусские вояки совершили аналогичную ошибку. Полностью уверенные в своей непобедимости, они не стали ожидать русских войск и потерпели сокрушительное поражение в битве при Йене и Ауэрштедте. Русская армия вполне успешно сдерживала натиск врага, ряд сражений был завершён ничейным результатом. Это притом, что французской армией руководил Наполеон (после смерти Суворова лучший полководец Европы), а в русской армии не было руководителя такого уровня. Россия не потерпела сокрушительного военного поражения, обе армии были измотаны. И это с учётом того, что Россия не могла сосредоточить против врага все свои основные силы – шла русско-персидская война (1804-1813) и русско-турецкая война (1806-1812).

Русская армия и флот к войне 1812 года не уступали вооружённым силам Франции в сфере вооружения, боевой подготовки, организации и применении передовых методов войны.

Организация, устройство армии

Пехота. В организации русской пехоты в 1800 – 1812 гг. можно выделить несколько этапов. В 1800-1805 гг. - это время восстановления организации, которая соответствовала принципам линейной тактики. Император Павел преобразовал пехоту, сократив число егерских частей и увеличив число мушкетёрских полков. В целом пехота была сокращена с почти 280 тыс. человек до 203 тыс. Воинская комиссия 1801 года работала над установлением единообразия пехоты с целью улучшения управления в мирное и военное время. Для этого во всех полках (егерских, гренадёрских и мушкетёрских) установили трёхбатальонный состав, в каждом батальоне было четыре роты. При этом гренадёрские и егерские полки имели однородный состав. Мушкетёрские полки были усилены гренадёрскими батальонами, чтобы усилить их ударную мощь.

Гренадёры были тяжёлой пехотой и считались ударной силой пехоты. Поэтому в гренадерские части традиционно брали самых рослых и физически крепких рекрутов. В целом общее число гренадёр было относительно невелико. Линейной (средней) пехотой были мушкетёры. Мушкетёрские полки были основным видом русской пехоты. Лёгкую пехоту представляли егеря. Егеря часто действовали в рассыпном строю и вели огневой бой на максимальном расстоянии. Именно поэтому часть егерей была вооружена редким и дорогим для того периода нарезным оружием (штуцерами). В егерские части обычно отбирали людей небольшого роста, очень подвижных, хороших стрелков. Одной из главных задач лёгкой пехоты в сражениях было уничтожение метким огнём офицеров и унтер-офицеров подразделений противника. Кроме того, приветствовалось, если солдаты были знакомы с жизнью в лесу, были охотниками, так как егерям часто приходилось выполнять разведывательные функции, быть в передовых дозорах, нападать на сторожевые пикеты противника.

По штату мирного времени мушкетёрские и гренадёрские полки имели 1928 строевых и 232 нестроевых солдата, по штату военного времени – 2156 строевых и 235 нестроевых солдат. Егерские полки имели единый штат – 1385 строевых и 199 нестроевых солдат. По штатам 1803 года в армии было 3 гвардейских полка, 1 гвардейский батальон, 13 гренадёрских, 70 мушкетёрских полков, 1 мушкетёрский батальон, 19 егерских полков. В гвардии числилось 7,9 тыс. солдат, 223 офицера, в полевых войсках – 209 тыс. солдат и 5,8 тыс. офицеров. Затем прошли некоторые преобразования, в результате к 1 январю 1805 года в пехоте стало 3 гвардейских полка, 1 гвардейский батальон, 13 гренадёрских полков, 77 пехотных (мушкетёрских) полков и 2 батальона, 20 егерских полков и 7 морских полков. Численность гвардии (без морской пехоты) установлена на уровне 8 тыс. человек, полевых войск – 227 тыс. человек.

Второй период преобразований охватывает 1806-1809 годы. В это время была увеличена численность пехоты, в частности егерских частей. В 1808 году в составе пехоты было 4 гвардейских полка, 13 гренадёрских полков, 96 пехотных (мушкетерских) и 2 батальона, 32 егерских полка. По штатам в гвардии числилось 11 тыс. человек, в полевых войсках 341 тыс. при 25 тыс. подъемных лошадей. Правда, некомплект насчитывал 38 тыс. человек.

В третий период преобразований – 1810-1812 гг., была завершена перестройка пехоты. Количественный и качественный состав пехоты был значительно изменён и стал соответствовать современным требованиям. Гренадерские полки теперь имели 3 фузилёрных (пехотных) батальона, в каждом батальоне было 4 роты (3 фузилёрных и 1 гренадерская). Мушкетерские (пехотные) полки имели 3 пехотных батальона, в каждом батальоне было 3 мушкетерские роты и 1 гренадерская. Только Лейб-гренадерский полк имел 3 гренадерских батальона из гренадёрских рот. В егерских полках также ввели трёхбатальонный состав: каждый батальон состоял из 3 егерских рот и 1 гренадерской роты. Этим было установлено единство линейной пехоты.

К середине 1812 года русская пехота имела: 6 гвардейских полков и 1 батальон, 14 гренадерских полков, 98 пехотных, 50 егерских, 4 морских полка и 1 батальон. Общая численность гвардии возросла до 15 тыс. человек, а полевой пехоты до 390 тыс.

Основной тактической единицей пехоты был батальон. Высшим тактическим соединением пехоты была дивизия, составленная из двух линейных (средних) и одной егерской бригад. Бригады были двухполкового состава. Позже появились корпуса двухдивизионного состава с приданными частями.

Кавалерия. Аналогичные процессы (реформирование) шли и в кавалерии. Император Павел расформировал карабинерные, конно-гренадёрские и легкоконные полки. Общая численность кавалерии была сокращена с 66,8 тыс. человек до 41,7 тыс. человек. Преобразования практически не затронули тактическую конницу, которая оказывала непосредственную поддержку пехоте, а вот стратегическая кавалерия сильно пострадала. В 1801 году Воинская комиссия пришла к выводу, что необходимо усилить стратегическую конницу, которая обеспечивает господство на театре военных действий. Было принято решение увеличить число драгунских полков и усилить лёгкую кавалерию.

Состав полков не претерпел изменения. Кирасирские и драгунские полки имели по 5 эскадронов, по две роты в эскадроне. Гусарские полки имели 10 эскадронов, по 5 эскадронов в батальоне. Только добавили в кирасирские и драгунские полки по одному запасному эскадрону (его вскоре уменьшат до половинного состава), а в гусарские полки по два запасных эскадрона (уменьшат до одного). По штату 1802 года кирасирские полки имели 787 строевых и 138 нестроевых человек; драгунские – 827 строевых и 142 нестроевых; гусарские – 1528 строевых и 211 нестроевых.

В последующие годы росло общее число кавалерии, увеличивалась численность драгунских, гусарских и уланских частей за счёт формирования новых полков и преобразования кирасирских. Преобладающим видом конницы стали драгуны, которые могли совершать глубокие марши и решать тактические задачи на поле боя. Была увеличена численность лёгкой кавалерии, что позволяло вести разведку на значительную глубину. Число кавалерийских полков выросло с 39 - в 1800 году до 65 - в 1812 году. Число гвардейских полков увеличилось, в эти же годы, с 3 до 5, драгунских с 15 до 36, гусарских с 8 до 11. Стали формировать уланские полки, в 1812 году их было 5. Число кирасирских полков с 1800 по 1812 гг. сократилось с 13 до 8. Штатная численность кавалерии в 1812 году составляла 5,6 тыс. человек в гвардии, в полевых войсках 70,5 тыс.

Проведённые мероприятия не решили целиком задачу соответствия кавалерии тактики боя с помощью колонн и рассыпного строя. Соотношение кавалерийских полков к пехотным были примерно 1:3, правильнее было бы 1:2, чтобы 1 кавалерийский полк приходился на два пехотных. Правда, этот разрыв хотели покрыть за счёт казачьей конницы. Казаки могли вести как тактическую, так и глубокую (стратегическую) разведку, действовать в составе пехотных соединений. Общая численность казачьих войск в 1812 году составляла 117 тыс. человек. Казачьи полки были пятисотенного состава, только два полка имели по 1 тыс. всадников. С помощью сил казаков численность кавалерии могли увеличить до 150-170 тыс. человек.

Донское войско выставило к началу войны 64 полка и 2 конноартиллерийские роты. Кроме того, уже в ходе войны Донское войско дало 26 полков. Черноморское войско дало 10 полков, но фактически воевала только одна сотня (в составе лейб-гвардии казачьего полка), остальные части несли пограничную службу. Украинское, Уральское, Оренбургское казачьи войска выделили по 4 полка. Астраханское и Сибирское войска несли пограничную службу. Бугское и Калмыцкое войска дали по 3 полка и т. д.

Во многом боеспособность кавалерии зависела от её конного состава. В 1798 году постановили приобретать ежегодно для каждого драгунского и кирасирского полка по 120 лошадей, а в гусарский – 194. Срок службы лошади был 7 лет. Для ежегодного пополнения 4 гвардейских и 52 армейских полков требовалось 7 тыс. лошадей. В дальнейшим рост кавалерии был затруднён нехваткой лошадей. Поэтому в запасных эскадронах часто пользовались нестроевыми лошадьми. Чтобы решить эту проблему, правительство даже разрешало поставлять в армию не рекрутов, а лошадей, увеличило закупные цены. В начале 1812 года кирасирская лошадь стоила 171 рубль 7 копеек (в 1798 году было 120 рублей), драгунская – 109 рублей 67 копеек (в 1798 г. – 90 рублей), гусарская – 99 рублей 67 копеек (в 1798 г. – 60 рублей). К началу 1813 года стоимость лошадей ещё более возросла – до 240 – 300 рублей. Определённую помощь оказали пожертвования – в 1812 году так было получено 4,1 тыс. лошадей.

Конский состав русской армии был лучше французского. Лошади отличались большей выносливостью, лучшей приспособленностью к местным условиям. Поэтому в русской армии не отмечены случаи массового падежа лошадей, несмотря на серьёзные трудности по снабжению фуражом, особенно в период отступления.

Кавалерийские полки объединяли в высшие тактические соединения: дивизии и корпуса. В кавалерийской дивизии было три бригады, по два полка в каждой бригаде. В кавалерийском корпусе было две кавдивизии. В 1812 году было сформировано 16 кавалерийских дивизий: 3 кирасирских (по две бригады в каждой), 4 драгунских, 2 конно-егерских, 3 гусарских и 4 уланских (по три бригады в каждой).

Артиллерия. По штату 1803 года в составе артиллерии было 15 батальонов: 1 гвардейский, 10 лёгких, 1 конный и 3 осадных. Численность – 24,8 тыс. солдат и офицеров. Артиллерия также претерпела ряд преобразований. К 1805 году артиллерия имела: 1 гвардейский батальон (4 пеших и 1 конная артиллерийские роты), 9 артполков по два батальона в каждом (в батальоне было 2 батарейных роты с полевыми орудиями и 2 лёгкие роты с полковыми пушками), 2 конных батальона (по 5 рот в каждом). Война 1805 года показала, что численность артиллерийского парка необходимо наращивать. Поэтому в этом году сформировали 2 артиллерийских полка и 6 рот, а 1806 году ещё 8 полков и 4 конных роты.

Низшей тактической единицей была артиллерийская рота, а высшей - бригада, которую придавали дивизии. В 1806 году полковую и полевую артиллерию свели в 18 бригад, в 1812 году их было уже 28 (по числу пехотных и кавалерийских дивизий). Кроме того, сформировали 10 резервных и 4 запасных бригады, и 25 рот. Гвардейская бригада имела в своём составе 2 пешие батарейные, 2 лёгкие и 2 конные роты, полевые бригады – 1 батарейную и 2 лёгкие роты. Резервные бригады имели неодинаковый состав. Запасные бригады имели 1 батарейную и 1 конную роты, плюс 4 понтонные роты.

Батарейные (тяжёлые) роты имели 12 орудий: 4 полупудовых единорога, 4 двенадцатифунтовых орудия средней пропорции и 4 двенадцатифунтовых орудия малой пропорции. Кроме того, каждой бригаде придавали 2 трёхфунтовых единорога. Лёгкая рота имела 12 орудий: 4 двенадцатифунтовых единорога и 8 шестифунтовых пушек. Конные роты также имели 12 пушек: 6 двенадцатифунтовых единорогов и 6 шестифунтовых пушек.

Для достижения большей манёвренности и самостоятельности каждая рота имела свой обоз для перевозки боеприпасов и полевую кузню. На каждое орудие возили 120 боеприпасов: 80 ядер или гранат, 30 картечных и 10 брандскугелей (зажигательный снаряд). Численность орудийной прислуги составляла 10 человек на лёгкое орудие и 13 на тяжёлое. На каждое два орудия было по офицеру.

К 1812 году полевая артиллерия имела 1620 орудий: 60 орудий гвардейской артиллерии, 648 батарейных орудий, 648 легких орудий и 264 конных орудия. Кроме того, было 180 орудий осадной артиллерии. Личный состав артиллерии насчитывал около 40 тыс. человек.


Полупудовый «единорог» образца 1805 года. Масса орудия - 1,5 т. длина ствола 10,5 калибра.

Инженерные войска. К началу 19 столетия в состав инженерных войск входили: 1 пионерный (сапёрный) полк и 2 понтонные роты. По штату 1801 года в сапёрном полку было 2 минёрных и 10 пионерных рот численностью в 150 человек каждая. Полк имел 2,4 тыс. человек и более 400 подъемных лошадей. Две понтонные роты имели 2 тыс. строевых и нестроевых солдат, более 300 строевых и подъёмных лошадей. Каждая рота обслуживала 8 депо на 50 понтонов каждое.

Воинская комиссия 1801 года, рассмотрев состояние инженерных войск, пришла к выводу, что число инженерных рот недостаточно. В 1803 году был сформирован второй пионерный полк. С учётом того, что вскоре была понята необходимость связать артиллерийские части и инженерные соединения, в 1806 году при формировании артбригад стали включать в них по пионерной роте. Пионерные полки стали составляться из трёх батальонов. В 1812 году полки имели по 3 батальона четырёхротного состава, число пионерных рот довели до 24. Штат полка состоял из 2,3 тыс. человек.

В 1804 году был создан понтонный полк численностью в 2 тыс. человек. Полк состоял из двух батальонов четырехротного состава, имел по штату 16 депо по 50 понтонов каждое. Обычно понтонные роты дислоцировались в крепостях. В 1809 году в Российской империи было 62 крепости: 19 – первого класса, 18 – второго, 25 - третьего. Их обслуживал инженерный штат в 2,9 тыс. человек. На каждую крепость приходилась одна артиллерийская рота (или полурота) и инженерная команда.

К началу 1812 года русская армия насчитывала 597 тыс. человек: 20 тыс. гвардейцев, 460 тыс. полевых и гарнизонных войск, 117 тыс. иррегулярных войск.

Продолжение следует…

Ctrl Enter

Заметили ошЫ бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

В первую половину XIX века императорская армия России переживала всплеск дезертирства. Солдаты, спасаясь от жесткой муштры и 25-ти летней воинской службы, сбегали в Западную Европу, Галицию, Буковину, Молдавию, к староверам, на Дунай к казакам-некрасовцам и даже Персию. Особо сильно это проявлялось во время заграничных походов. Многие из них вступали в армии иностранных государств и воевали против России.

25 лет или вся жизнь

По результатам исследования статистического центра в период с 1802 по 1815 года под рекрутский набор в армию попало 2 млн. 168 тысяч человек, что равнялось 35% мужского населения страны возрастом от 15 до 35 лет. По данным составителей «Столетия Военного министерства» при Александре I провели 18 наборов рекрутов и набрали 1 млн. 933 тысяч человек. Цифры разнятся, но ясно одно – постоянные войны обескровили русскую деревню.

Усугубило ситуацию решение властей увольнять по выслуге через 25 лет только тех солдат, которых ни разу не штрафовали. Остальные служили бессрочно и уходили с армии только по решению высшего начальства. Эта жесткая мера привела к возникновению волны солдатских самоубийств.

Заграничный поход

После изгнания Наполеона и вступления в русской армии в пределы Западной Европы она стала страдать от массового дезертирства. Солдаты увидели другой мир, и бегство с воинской службы распространилось даже среди гвардейских частей.

Офицер Баранович, составивший записки «Русские солдаты во Франции в 1813–1814 годах» писал, что солдаты покидали полки и нанимались работниками на французские виноградники и фермерские хозяйства. Местные хозяева с радостью нанимали трудолюбивых и неприхотливых русских и даже выдавали за них своих дочерей. Баранович утверждал, что во Франции осталось 40 тысяч русских солдат. Французские историки подсчитали, что общее число дезертиров из русской армии доходило до 10 тысяч человек. Не менее 5 тысяч русских остались жить в немецких княжествах, Австрии и Чехии.

Персия – новая родина

Сложная ситуация сложилась и на восточном направлении. Множество солдат служивших на Кавказе оседали в чеченских и ингушских аулах, где они обзаводились семьями и часто воевали против своих бывших сослуживцев.

Однако особым местом сбора дезертиров стала Персия. Наследник персидского престола Аббас-мирза говорил: «Русские – соседи и враги наши; рано или поздно война с ними неизбежна, а потому нам (лучше) ближе знакомиться с их боевым учением, чем с учением англичан». Иранские власти всегда давали убежище беглецам и охотно принимали их в свою армию.

В докладе генерал-майору Несветаеву от 4 ноября 1807 года говорилось, что в 1805 году в Персию дезертировал поручик 17-го егерского полка Емельян Лисенко. С ним границу перешли четыре унтер-офицера и 53 рядовых егеря. Уже через год Лысенко возглавит в Тавризе русскую роту. Это подразделение своими глазами видел майор Степанов, бывший на приеме у Аббас-мирзы. В записке начальству он записал: «Посмотрел на Лисенко и наших солдат, в ружье стоявших, до ста человек, в тонких мундирах. Шах невероятно хорошо их содержит и любуется ими».

Лысенко жил в Нахичевани и обучал персидских новобранцев одетых и экипированных на европейский манер. В 1808 году англичане свидетельствовали, что наместника Шираза охраняют 30 русских, под командованием некого «Русс-хана». Известно, что Эриванскую крепость в 1808 году укреплял еще один дезертир полковник Кочнев. Русские пользовались особым расположением Аббас-мирзы и особенно выделялся штаб-трубач Нижегородского драгунского полка вахмистр Самсон Макинцев, которого тот назначил капитаном в Эриванский полк.

Русские богатыри на службе персидского шаха

В 1809 году Аббас-мирза решает сформировать из русских отдельный батальон с показательным названием Багадеран, что в переводе с персидского означает богатырский или гренадерский. Командовал гвардейским подразделением любимец шаха Самсон Макинцев, которого называли «Самсон-хан».

Во время русско-персидской войны батальон вырос до полка, но был разгромлен. Даже после поражения приток дезертиров не прекратился. Русским платили 15 рублей в год, разрешали сохранять христианскую веру, жениться, жить в собственном доме и покинуть армию через пять лет службы. По архивным данным из военных частей, расквартированных на Кавказе, в 1810-е ежегодно дезертировало до 30 человек. До начала боевых действий 1826 года побеги участились.

В 1821 году Штаб русской армии оценивал полк Багадеран в 2 тысячи штыков. Дезертиры делились на две категории: холостые (несли постоянную службу) и семейные (200 человек, поселенные на отдельные участки), из которых во время войны формировали резервную роту. После отставки большинство русских занимались военным обучением новобранцев. Багадеран считалось наиболее боеспособным подразделением персидской армии, и отношение к нему в России было соответствующим.

При обмене пленными в 1813 году командующий войсками на Кавказе генерал Ртищев заявил, что «со стороны российских офицеров и солдат в Персии находящихся, я могу принять только тех, кои отказались вступить в службу персидского правительства. Бежавших же в Персию или сдавшихся персиянам по постыдной причине я ни одного не соглашусь принять. Их ждёт казнь».

Русская армия XIX века – армия, покорившая всю Европу, разгромившая Наполеона. Армия, первая стоявшая на страже Священного Союза и европейского миропорядка. Армия, в невыгоднейших условиях противостоявшая сильнейшим европейским армиям в Крымскую Войну – и разбитая, но не сломленная ими. Армия, которая начинает стремительно догонять другие армии Европы, чтобы вновь стать достойной армией одной из крупнейших европейских держав.
Русская армия описываемого периода – это армия, вступившая в полосу крупных реформ, но все еще находящаяся в самой начальной их стадии.
Военные реформы правления Александра II связываются в первую очередь с именем Д.А. Милютина, который вступил на пост военного министра в 1861 году и оставался на нем все остальное время царствования Александра II. Главной целью этих реформ была унификация устройства армии, решение проблем с ее укомплектованием, которые были выявлены в ходе Крымской Войны, повышение общей боеспособности государства.

Одним из таких преобразований стало введение системы военных округов. Государство разделялось на военные округа. В руках начальника округа было сосредоточено командование войсками, заведование местными военными учреждениями, наблюдение за сохранением спокойствия и порядка и вообще военное администрирование. Первыми военными округами стали Варшавский, Виленский и Киевский, созданные в 1862 году – ровно за год до интересующих нас событий.

Следующие преобразования коснулись структуры армии. В 1856 году вся пехота получила однообразную организацию. Все полки были переведены в 3-батальонный состав. Поскольку параллельно проводился постепенный переход армии на нарезное вооружение, во всех полках были сформированы 5-е стрелковые роты.
С 1858 по 1861 год в организации войск изменения производились только в кавалерии и артиллерии, а состав действующей пехоты и инженерных войск оставался почти без изменений.

В 1862 году действующие войска имели следующую организацию:
1-я армия из I, II, III армейских корпусов
Кавказская армия
IV, V, VI армейские корпуса
Отдельные корпуса: Гвардейский Пехотный, Гвардейский Кавалерийский, Гренадерский, Оренбургский и Сибирский.

Гвардейские корпуса заключали в себе все гвардейские части. Гренадерский и армейские корпуса состояли из 3 пехотных и 1 кавалерийской дивизий с приданной артиллерией.

Комплектование армии

Рядовой состав армии пополнялся на основании рекрутского. Срок действительной службы составлял с 1856 г. 15 лет, а с 1859 г. - 12 лет. Рекруты собирались со всего податного населения (крестьян и мещан).

Кроме рекрутов в армию поступали вольноопределяющиеся – добровольцы из сословий, не обязанных военной службой. Однако их число было невелико (около 5%). Также существовала практика отдачи в солдаты в качестве меры уголовного наказания, но, естественно, доля таковых в общем количестве солдат была ничтожна.

Для пополнения армии унтер-офицерами имелось три способа: 1) производство добровольно поступивших на службу; 2) производство из рядовых, поступивших по набору; 3) производство кантонистов (детей нижних чинов, подлежащих обязательной военной службе; институт кантонистов был упразднен в 1856 г.). Для производства унтер-офицеров в пехоте не требовалось каких-либо специальных знаний и навыков – требовалось только обязательная служба в течение 3 лет.

Все войска пополнялись офицерами из трех источников: 1) выпуск воспитанников военно-учебных заведений; 2) производство поступавших на службу добровольно нижними чинами; 3) производство поступавших на службу по набору.
В военно-учебные заведения принимали преимущественно детей дворян и военных. Лучшие воспитанники по окончании зачислялись в гвардейскую пехоту прапорщиками или в армию поручиками, окончившие курс с меньшим успехом – в армию подпоручиками или прапорщиками. Годовой выпуск высших учебных заведений был крайне мал (в 1861 г. – 667 человек), потому основным источником пополнения армии офицерами являлось производство лиц, поступивших вольноопределяющимися.

Вольноопределяющиеся производились в офицеры по достижении выслуги в нижних чинах определенного срока (в зависимости от сословия и образования).
Производство в офицеры лиц, поступивших по набору, давало ничтожный процент офицеров – из-за слишком большого срока обязательной выслуги (10 лет в гвардии и 12 лет в армии) и из-за неграмотности значительного числа нижних чинов. Большинство служивших по набору, подходящих по сроку выслуги, не держало экзамен на офицерский чин, а продолжало службу унтер-офицерами.

Тактика и вооружение

Рота в строевом отношении делилась на 2 взвода, а взвод – на 2 полувзвода. Основными боевыми строями роты и батальона были развернутый трехшереножный строй, колонны, каре и рассыпной строй.

Развернутый строй использовался преимущественно для стрельбы залпами. Колонны применялись при передвижении по местности, маневрировании и атаке. Каре служил для защиты от атак конницы. Рассыпной строй использовался исключительно для стрельбы и состоял из застрельщиков, которые обычно высылались вперед боевых порядков с целью расстройства рядов противника огнем.
На рубеже первой и второй половин XIX века подготовка в пехоте была мало ориентирована на собственно бой – внимание уделялось практически только парадным построениям, маршу по плацу и т.д. Крымская Война заставила извлечь из этого горькие уроки – в подготовке солдата стали уделять большее внимание непосредственно ведению им боя, в первую очередь – стрельбе. Хотя подобная практика была закреплена в уставах уже после польского восстания, «на местах» она была распространена достаточно широко.

Основным вооружением солдата было ружье. Крымскую Войну русская армия встретила с гладкоствольным капсюльными 7-лн. ружьями с дальностью боя в 300 шагов – совершенно устарелым по тем временам оружием. По итогам войны пришло понимание необходимости спешного перехода на нарезное оружие. В результате в 1856 году на вооружение была принята капсюльная 6-лн. винтовка с так называемой расширительной пулей Минье (продолговатая пуля имела выемку в донной части, куда вставлялась коническая чашечка; при выстреле чашечка входила в выемку и расширяла стенки пули, за счет чего последняя входила в нарезы). Дальность стрельбы такого ружья составляла уже 1200 шагов.

Перевооружение на нарезное оружие шло достаточно быстрыми темпами, однако полностью было закончено только к 1865 году.

Холодное оружие пехоты состояло из штыка и тесака или сабли; последние чаще всего были на вооружении унтер-офицеров и лучших солдат роты. Офицеры вооружались саблями.