Понятие языковой нормы типы норм. Понятие о языковой норме. Источники языковой нормы

НОРМА ЯЗЫКОВАЯ, совокупность языковых средств и правил их употребления, принятая в данном обществе в данную эпоху. Норма противопоставлена системе, понимаемой как присущие тому или иному языку возможности выражения смыслов. Далеко не все из того, что «может» языковая система, «разрешается» языковой нормой. Например, система русского языка предусматривает образование форм 1-го лица единственного числа от всех глаголов, способных иметь личные формы; однако норма «не разрешает» образовывать форму 1-го лица от глаголов победить , убедить (*победю , *побежду , *убедю , *убежду ) и «предписывает» обходиться описательными оборотами: сумею (смогу ) победить (убедить ), одержу победу и т.п.

В лингвистике термин «норма» используется в двух смыслах – широком и узком. В широком смысле под нормой подразумевают традиционно и стихийно сложившиеся способы речи, отличающие данный языковой идиом от других языковых идиомов (в этом понимании норма близка к понятию узуса, т.е. общепринятых, устоявшихся способов использования данного языка). Так, можно говорить о норме применительно к территориальному диалекту: например, нормальным для севернорусских диалектов является оканье, а для южнорусских – аканье. В узком смысле норма – это результат целенаправленной кодификации языкового идиома. Такое понимание нормы неразрывно связано с понятием литературного языка, который иначе называют нормированным или кодифицированным. Территориальный диалект, городское койне, социальные и профессиональные жаргоны не подвергаются кодификации, и поэтому к ним неприменимо понятие нормы в узком смысле этого термина.

Литературная норма отличается рядом свойств: она едина и общеобязательна для всех говорящих на данном языке; она консервативна и направлена на сохранение средств и правил их использования, накопленных в данном обществе предшествующими поколениями. В то же время она не статична, а, во-первых, изменчива во времени и, во-вторых, предусматривает динамическое взаимодействие разных способов языкового выражения в зависимости от условий общения (последнее свойство нормы называют ее коммуникативной целесообразностью).

Единство и общеобязательность нормы проявляются в том, что представители разных социальных слоев и групп, составляющих данное общество, обязаны придерживаться традиционных способов языкового выражения, а также тех правил и предписаний, которые содержатся в грамматиках и словарях и являются результатом кодификации. Отклонение от языковой традиции, от словарных и грамматических правил и рекомендаций считается нарушением нормы и обычно оценивается отрицательно носителями данного литературного языка.

Норма сопряжена с понятием селекции, отбора. В своем развитии литературный язык черпает средства из других разновидностей национального языка – из диалектов, просторечия, жаргонов, но делает это чрезвычайно осторожно. И норма играет в этом процессе роль фильтра: она пропускает в литературное употребление все наиболее выразительное, коммуникативно необходимое и задерживает, отсеивает все случайное, функционально излишнее. Эта селективная и, одновременно, охранительная функция нормы, ее консерватизм – несомненное благо для литературного языка, поскольку служит связующим звеном между культурами разных поколений и разных слоев общества.

Консервативность нормы обеспечивает понятность языка для представителей разных поколений. Норма опирается на традиционные способы использования языка и настороженно относится к языковым новшествам. «Нормой признается то, что было, и отчасти то, что есть, но отнюдь не то, что будет», – писал А.М.Пешковский и так объяснял это свойство и литературной нормы, и самого литературного языка: «Если бы литературное наречие изменялось быстро, то каждое поколение могло бы пользоваться лишь литературой своей да предшествовавшего поколения, много двух. Но при таких условиях не было бы и самой литературы, так как литература всякого поколения создается всей предшествующей литературой. Если бы Чехов уже не понимал Пушкина, то, вероятно, не было бы и Чехова. Слишком тонкий слой почвы давал бы слишком слабое питание литературным росткам. Консервативность литературного наречия, объединяя века и поколения, создает возможность единой мощной многовековой национальной литературы».

Однако консерватизм нормы не означает ее полной неподвижности во времени. Иное дело, что темп нормативных перемен медленнее, чем развитие данного национального языка в целом. Чем более развита литературная форма языка, чем лучше обслуживает она коммуникативные нужды общества, тем меньше она изменяется от поколения к поколению говорящих. И все же сравнение языка Пушкина и Достоевского да и более поздних писателей с русским языком конца 20 в. обнаруживает различия, свидетельствующие об исторической изменчивости литературной нормы.

В пушкинские времена говорили: дóмы , кóрпусы , сейчас – домá , корпусá. Пушкинское «Восстань , пророк...» надо понимать в смысле "встань", а совсем не в смысле "подними восстание". В рассказе Ф.М.Достоевского Хозяйка читаем: «Тут щекотливый Ярослав Ильич... вопросительным взглядом устремился на Мурина». Современный читатель догадывается, конечно, что речь здесь не о том, что герой Достоевского боялся щекотки: щекотливый употреблено в смысле, близком к значению слов деликатный , щепетильный , и применено к человеку, т.е. так, как ни один из носителей современного русского литературного языка его не употребит (обычно: щекотливый вопрос , щекотливое дело ). Чехов говорил в телефон (об этом он сообщает в одном из своих писем), а мы – по телефону. А.Н.Толстой, почти наш современник, в одном из своих рассказов описывает действия героя, который «стал следить полет коршунов над лесом». Сейчас сказали бы: стал следить за полетом коршунов.

Изменяться может нормативный статус не только отдельных слов, форм и конструкций, но и определенным образом взаимосвязанных образцов речи. Так произошло, например, с так называемой старомосковской произносительной нормой, которая ко второй половине 20 в. была почти полностью вытеснена новым произношением, более близким к письменному облику слова: вместо , [шы ]гú , [жы ]рá , ве [р "]х , четвé [р "]г , тú [хъ ]и , стрó [гъ ]й , поддá [къ ]вать , слúво [шн ]ое (масло ) подавляющее большинство носителей русского литературного языка стало говорить , , [ш" ]гú , [ж" ]рá , ве [р ]х , четвé [р ]г , тú [х "и ]й , стрó [г "и ]й , поддá [к "и ]вать , слúво [чн ]ое (масло ) и т.д.

Источники обновления литературной нормы многообразны. Прежде всего, это живая, звучащая речь. Она подвижна, текуча, в ней совсем не редкость то, что не одобряется официальной нормой, – необычное ударение, свежее словцо, которого нет в словарях, синтаксический оборот, не предусмотренный грамматикой. При неоднократном повторении многими людьми новшества могут проникать в литературный обиход и составлять конкуренцию фактам, освященным традицией. Так возникают варианты: рядом с вы прáвы появляется вы прав ; с формами констрýкторы , цéхи соседствуют конструкторá , цехá; традиционное обусло вливать вытесняется новым обусла вливать ; жаргонные слова беспредел и тусовка мелькают в речи тех, кого общество привыкло считать образцовыми носителями литературной нормы; никого уже не удивляет, что можно указывать о чем – вместо традиционно правильных конструкций указывать что и указывать на что .

Источником изменений в литературной норме могут служить местные говоры, городское просторечие, социальные жаргоны, а также другие языки. Так, в 1920–1930-е годы словарь русского литературного языка пополнился словами глухомань , новосёл , затемно , морока , муторно , обеднять , отгул и др., которые пришли из диалектов; из просторечия заимствованы слова показуха , заправúла , разбазаривать ; широкое распространение форм множ. именительного на (бункерá , ) объясняется влиянием на литературный язык профессионально-технической речи. Многочисленные лексические заимствования из других языков, главным образом из английского, расширяющие нормативный русский словарь в конце 20 в., способствуют и тому, что под влиянием иноязычных образцов появляются структурно новые типы слов: кибер-пространство , бизнес-план (традиционными моделями в подобных случаях являются сочетания с прилагательным или несогласованным определением в родит. падеже: кибернетическое пространство , план бизнеса ).

В процессе обновления нормы решающее значение имеет не только распространенность, частота того или иного новшества, но и социальная среда, в которой это новшество получает распространение: в общем случае чем выше «общественный вес» той или иной социальной группы, ее престиж в обществе, тем легче инициируемые ею языковые новшества получают распространение в других группах носителей языка. Так, традиционно «законодателем мод» в области литературного произношения и словоупотребления считается интеллигенция, призванная быть основным носителем речевой культуры данного общества. Однако произносительные, грамматические и лексические образцы, принятые в элитарных социальных группах, не всегда имеют преимущество (с точки зрения вхождения в общий речевой оборот) перед образцами, привычными для неэлитарной среды. Например, слово двурушник вошло в литературный язык из нищенского арго, животрепещущий – из речи торговцев рыбой; разрешаемая современным орфоэпическим словарем форма родит. множ. носок (несколько пар носок ), наряду с традиционно-нормативной носков , – несомненная уступка просторечному узусу, из которого форма с нулевой флексией (носок ), ранее оценивавшаяся как бесспорно неправильная, распространилась и в среду говорящих литературно. Влиянием просторечной и профессионально-технической среды объясняются и многие другие варианты, допускаемые современной русской литературной нормой: дóговор , договорá , договорóв (наряду с традиционными договóр , договóры , договóров ), переговоры по разоружению (наряду с переговоры о разоружении ), проверка семян на всхожесть (наряду с проверка всхожести семян ) и т.п.

Сосуществование в рамках единой нормы вариативных единиц обычно сопровождается процессом их смыслового, стилистического и функционального размежевания, что дает возможность гибко использовать допускаемые нормой языковые средства – в зависимости от целей и условий коммуникации (что и позволяет говорить о коммуникативной целесообразности нормы). Например, формы множ. числа существительного хлеб с ударением на основе: хлéбы – обозначают печное изделие (Вынули из печи румяные хлéбы ), а формы с ударением на окончании: хлебá – злаки (урожай хлебóв ); можно сказать и рýпоры радио , и рупорá радио , но только рýпоры идей ; в бытовом диалоге можно сообщить о ком-либо, что он сейчас в отпускý , но в официальном документе носитель литературного языка обязан выразиться иначе: находясь в отпуске... ; конструкции с кратким прилагательным в роли предикатива – типа Я не голоден , Этот процесс весьма трудоемок сигнализируют о книжности речи (разговорному языку такие конструкции не свойственны), а конструкции с так называемым соположением глагольных форм, напротив, служат яркой приметой разговорного языка: пойду посмотрю ; сходи купи молока.

Владение нормой предполагает умение говорящего не только говорить правильно и отличать правильные в языковом отношении выражения от неправильных (например, «браковать» оборот оказывать впечатление и избирать иной способ выражения того же смысла: производить впечатление ), но и использовать языковые средства уместно – применительно к ситуации общения. Очевидно, например, что деловое письмо нельзя написать, используя слова загодя , мастак , норовить , насмарку , до зарезу и под., фразеологические единицы ни за понюшку табаку , как пить дать , конструкции типа А он и выйди со своим дурацким предложением и т.п. Столь же очевидно, что в обыденном разговоре выглядят чудачеством канцелярские обороты за неимением таковых , вследствие отказа , по причине неизбрания и под. Намеренное же нарушение уместности нормы обычно делается с определенной целью – шутки, насмешки, языковой игры. В этом случае перед нами не ошибка, а речевой прием, свидетельствующий о свободе, с которой человек обращается с языком, сознательно используя его вопреки нормативным установкам. Одним из распространенных приемов языковой игры, шутки является неуместное, часто стилистически контрастное использование разного рода расхожих штампов – газетных клише, оборотов какого-либо профессионального языка, канцеляризмов и т.п.: Каждый год он вел борьбу за урожай на этой неказистой грядке ; По достижении пятидесяти лет я оставил большой секс и перешел на тренерскую работу (М.Жванецкий). Сознательное обыгрывание фразеологизмов, намеренное отклонение от их нормативного употребления – также один из приемов языковой игры: Он съел в этом деле не одну собаку ; Они жили на широкую , но босую ногу ; (быть ) между Сциллой и харизмой ; пиар во время чумы.

Языковая норма – одна из составляющих национальной культуры. Поэтому разработка литературной нормы, ее кодификация, отражение нормализаторской деятельности лингвистов в грамматиках, словарях и справочниках имеют большое социальное и культурное значение. Проблемы языковой нормы разрабатываются в трудах Д.Н.Ушакова, Л.В.Щербы, А.М.Пешковского, В.В.Виноградова, Г.О.Винокура, С.И.Ожегова, Р.И.Аванесова, М.В.Панова, К.С.Горбачевича, В.А.Ицковича, Н.Н.Семенюк и других отечественных лингвистов.

Языковые нормы (нормы литературного языка, литературные нормы) - это правила использования языковых средств в определенный период развития литературного языка, т.е. правила произношения, правописания, словоупотребления, грамматики. Норма - это образец единообразного, общепризнанного употребления элементов языка (слов, словосочетаний, предложений).

В литературном языке различают следующие типы норм :

К нормам, общим для устной и письменной речи, относятся:

  • лексические нормы;
  • грамматические нормы;
  • стилистические нормы.

Специальными нормами письменной речи являются:

  • нормы орфографии;
  • нормы пунктуации.

Только к устной речи применимы:

  • нормы произношения;
  • нормы ударения;
  • интонационные нормы

Грамматические нормы – это правила использования форм разных частей речи, а также правила построения предложения.

Наиболее часто встречаются грамматические ошибки, связанные с упот­реблением рода имен существительных: *железнодорожная рельса, *французская шампунь, *большой мозоль, *заказной бандероль, *лакированный туфель. Однако рельс, шампунь – это существительное мужского рода, а мозоль, бандероль, туфля – женского, поэтому следует говорить: железнодорожный рельс, французский шампунь и большая мозоль, заказная бандероль, лакированная туфля.

Лексические нормы – это правила применения слов в речи. Ошибкой является, например, употребление глагола *ложить вместо класть. Несмотря на то что глаголы ложить и класть имеют одно и то же значение, класть – это нормативное литера­турное слово, а ложить – просторечное. Ошибкой являются выражения: *Я ложу книгу на место, *Он ложит папку на стол и т.д. В этих предложениях нужно употребить глагол класть: Я кладу книги на место, Он кладет папку на стол.

Орфоэпические нормы – это произносительные нормы устной речи. Их изучает специальный раздел языкознания – ор­фоэпия (от греч.
orthos – "правильный" и epos – "речь").

Соблюдение норм произношения имеет важное значение для качества нашей речи. Орфоэпические ошибки *катá лог, *звó нит, *средствá и др. всегда мешают воспринимать содержание речи: внимание слушающего отвлекается и высказывание во всей своей полноте не воспринимается

Об ударениях в словах следует справляться в "Орфоэпическом словаре". Произнесение слова фиксируется также в орфографических и толковых словарях. Произношение, соответствующее орфоэпическим нормам, облегчает и ускоряет процесс общения, поэтому социальная роль правильного произношения очень велика, особенно в настоящее время в нашем обществе, где устная речь стала средством самого широкого общения на различных собраниях, конференциях, форумах.



У́ровни языка - основные ярусы языковой системы её подсистемы, каждая из которых представлена «совокупностью относительно однородных единиц» и набором правил, которым подчиняются их использование и классификация. Единицы одного уровня языка способны вступать друг с другом в синтагматические и парадигматические отношения (к примеру, слова, соединяясь, образуют словосочетания и предложения), единицы разных уровней могут лишь входить одна в другую (так, фонемы составляют звуковые оболочки морфем, из морфем состоят слова, из слов - предложения).

В качестве основных выделяются следующие уровни языка:

  • фонемный ;
  • морфемный ;
  • лексический (словесный);
  • синтаксический (уровень предложения).

Уровни, на которых выделяются двусторонние (обладающие планом выражения и планом содержания) единицы, называются высшими уровнями языка. Некоторые учёные склонны выделять лишь два уровня: дифференциальный (язык рассматривается как система различительных знаков: звуков или письменных знаков, замещающих их, - различающих единицы семантического уровня) и семантический , на котором выделяются двусторонние единицы

В некоторых случаях в одной звуковой форме совпадают единицы нескольких уровней. Так, в рус. и совпадают фонема, морфема и слово, в лат. i "иди" - фонема, морфема, слово и предложение

Единицы одного уровня могут существовать в абстрактной, или «эм ической» (например, фонем ы, морфем ы), и конкретной, или «этической» (фоны, морфы), формах, что не является основанием для выделения дополнительных уровней языка: скорее имеет смысл говорить о различных уровнях анализа.

Уровни языка - не стадии в его развитии, а результат членения.

Парадигмати-е и синтагм-е отношения связаны единицами разной степенью сложн.против-вление этих отношений отражает разноуровненый характер языка. Языковая система не явл-ся однородной, а сотоит из ьолее частных систем- уровни, ярусы. На каждом уровне возможны только синтетч-е или парагм-е отношения. Поскольку отношения между единицами одного уровня однотипные, от качества стор един и от их кол-ва зависит определение числа уровней. Уровень-набор относительно однородных единиц одинаковой степени сложности. Они отличаются особен-тями планов выражения и содержания; морфемы и лексич – содерж, сущ-ое св-во Л.Е. – они формируются на нижнем уровне, а функцион на верхнем. Различия основного и промежуточного уровня: основ-й- уровни минимальных, т.е. далее не делимых единиц: предложение- минимум высказывание, лексема-неделимый и мин компонент предложения, морфема-минимальный компонент лексемы. Промежуточные уровни: такими минимальными единицами не обладают.единица промеж уровня – это интеграл, или состав часть единицы ближайшего основного яруса. Уровень дифференцированных признаков предшествует уровню фонетическому. Дифференцированный признак фонемы-глухость, взрывность. Морфонемный уровень предш-ет морфонологическому. Морфонема- это цепочка фонем, чередующихся в морфах (руч ка-рук а). Каждый уровень не явл-ся монолитным, а состоит из микросистем. Чем меньше единиц в ярусе, тем он системнее. Чем больше единиц в ярусе, тем больше вероятность формирования ярусов микросистем. Фонемный уровень и дифферен признаков – это 2 наиболее системных уровней языка. Именно здесь возникла идея о системности языка в целом. Но уровни с большим количеством единиц проявили свой характер несколько иначе. В языке, который является открытой динамической системой, системность и не системность друг другу не противоречат. Языковая система постоянно стремится к равновесию, но абсолютно правильной не бывает. Можно полагать, что она находится в состоянии равновесия. Язык сочетает строгую системность с несистемною периферией. Здесь заложен источник языковой системы.

Признаки:

· соответствие структуре языка;

  • массовая и регулярная воспроизводимость в процессе речевой деятельности большинства говорящих;
  • общественное одобрение и признание.

Характеристики норм:
1. Устойчивость и стабильность. обеспечивают единство национального языка.
2. Общераспространенность и общеобязательность норм.
3. Литературная традиция и авторитет источников.
4. Культурно-эстетическое восприятие нормы.
5. Динамический характер норм.
6. Возможность языкового плюрализма.


Норма языка – центральное понятие культуры речи. Степень правильности, точности, понятности, ясности, логичности, выразительности, целесообразности и уместности речи регулируется языковой и стилистической нормой.
Языковая норма – это наиболее предпочтительная для обслуживания носителей данного языка в процессе общения и наиболее целесообразная система выражения на всех лингвистических уровнях (средства произношения, словоупотребления, слово– и формообразования, синтаксические средства). По существу, норма отражает объективно существующие в данном обществе тенденции к совершенствованию речевой культуры. При определении нормы следует исходить из представления о том, что она предполагает соответствие системно структурным основам языка в целом, современным тенденциям развития языка, адекватность языкового выражения внеязыковым потребностям.
Основным критерием языковой нормы является принцип коммуникативной целесообразности, которая способствует пониманию высказывания.
«Норма – это не только социально одобряемое правило, но и правило, объективированное реальной речевой практикой, правило, отражающее закономерности языковой системы и подтверждаемое словообразованием авторитетных писателей» – такое определение нормы дает К.С.Горбачевич.
Признание нормативности (правильности) языкового факта, по его мнению, опирается обычно на непременное наличие трех основных признаков:
1) регулярную употребляемость (воспроизводимость) данного способа выражения;
2) соответствие этого способа выражения возможностям системы литературного языка (с учетом ее исторической перестройки);
3) общественное одобрение регулярно воспроизводимого способа выражения (причем роль судьи в этом случае обычно выпадает на долю писателей, ученых, образованной части общества).
По мнению А.А. Мурашова, норма – лингвистически принятое, культурно и социально обусловленное правило и явление языка, обладающее директивностью (обязательностью следования), принятое большинством говорящих, отражающее закономерности развития языковых систем в целом, закрепленное в языке художественной литературы и эстетически оправданное.
Как известно, современный язык, являющийся высокоорганизованной системой средств общения всех россиян, представлен такими разновидностями, как литературная речь (язык), территориально диалектная речь, просторечие. Ведущей формой реализации русского языка является литературная речь, нормы которой кодифицируются как образцовые (фиксируются в грамматиках, учебных пособиях, словарях), распространяются средствами массовой информации. (Хотя в СМИ, на ТВ часто наблюдается отклонение от литературной нормы.)
Литературная норма (т. е. норма литературного языка, в отличие от нормы, присущей диалектам, профессиональным и социальным арго и т. д.) характеризуется таким важным свойством, как функциональная и стилистическая дифференцированность языковых средств. Признаками нормы литературного языка являются относительная устойчивость, распространенность, общеупотребительность, предпочтительность и общеобязательность, соответствие употреблению, обычаю (узусу) и возможностям системы языка, отражение тенденций его развития.
Литературная норма может быть кодифицирована, а может находиться в процессе кодификации или в виде потенциально возможной, но еще не кодифицированной тенденции. Кодификация фиксирует уже сложившиеся в процессе языковой практики явления. Поэтому можно говорить о динамическом характере литературной нормы и диалектичности процесса ее кодификации в процессе общения.
Различаются нормы реализованная (или воплощенная) и потенциальная, реализуемая (или невоплощенная) . Реализованная норма состоит из двух частей:
1) актуализированной (современная, продуктивная, активно действующая, хорошо осознаваемая и практически кодифицированная норма);
2) неактуализированной (архаизмы, устаревшие варианты нормы, а также редкие в употреблении варианты, дублеты и т. п.). Реализуемая норма также включает две части:
1) становящиеся нормой неологизмы и новообразования на разных уровнях языка;
2) принципиально некодифицируемую область речевой деятельности (индивидуальные, окказиональные образования).
Расхождения между литературной нормой и реальным употреблением языка зависят от исторического этапа общества, его социальной структуры, а также от особенностей языковой ситуации. Усиливающееся воздействие средств массовой коммуникации обычно сопровождается значительной унификацией речевой практики.
Важнейшей задачей культуры речи как языковедческой науки является изучение языковых норм на всех уровнях языка (т. е. во всех его разделах: в фонетике, в грамматике, лексике и т. д.) в их устоявшихся традиционных формах, а также в противоречиях, в развивающихся или возникающих вновь тенденциях к изменению и т. п.

Еще по теме 2.4. Понятие нормы языка:

  1. Понятие Нормы. Норма и Вариант. Стилистическое варьирование и колебание нормы. Причины нарушения нормы литературного языка
  2. Языковые нормы (нормы лит языка) – это правила использования языковых средств в определенный период развития лит языка, т.е. правила произношения, правописания, словоупотребления, грамматики.
  3. Нормированность как осн. черта литер. языка. Нормы литер. языка в лексике, фразеологии. фонетике, орфоэпии. словообразовании. грамматике, орфографии. пунктуации. Вариативность норм литературного языка.

Языковая норма - это правила использования речевых средств в определенный период развития литературного языка, т.е. правила произношения, словоупотребления, использования грамматических и стилистических средств. Это единообразное, образцовое, общепризнанное употребление элементов языка (слов, словосочетаний, предложений).

Норма - это относительно устойчивый способ выражения, исторически принятый в языковом коллективе (норма осуществляется в языке на основе выбора одного из вариантов, обязательного для образованной части общества).

Типы языковых норм:

Нормы соглашения,

Нормы, связанные с законами языка.

К нормам относятся:

Орфоэпические нормы (нормы произношения) охватывают собственно произношение и нормы словесного ударения. Эти нормы связаны с фонетическим уровнем языка. Соблюдение орфоэпических норм является важной частью культуры речи, т.к. их нарушение создает у слушателей неприятное впечатление о речи и самом говорящем, отвлекает от восприятия содержания речи. Орфоэпические нормы зафиксированы в орфоэпических словарях русского языка и словарях ударений.

Лексические нормы (нормы словоупотребления) связаны с осмыслением правильности, точности, уместности слова в контексте и тексте. Лексические нормы отражаются в толковых словарях, словарях иностранных слов, терминологических словарях и справочниках.Соблюдение лексических норм - важнейшее условие точности речи и ее правильности. (выйдя из дома, у меня слетела шляпа - шляпа выходя из дома)

Грамматические нормы (морфологические и синтаксические) регламентируют выбор нужных грамматических форм слов или грамматических конструкций. Эти нормы связаны с морфологическим и синтаксическим уровнями языка и опираются на их систематику. Грамматические нормы делятся на словообразовательные, морфологические и синтаксические.

Словообразовательные нормы определяют порядок соединения частей слова, образования новых слов. Словообразовательной ошибкой является употребление несуществующих производных слов вместо существующих производных слов с других аффиксом, например: описывание характера, продажничество, беспросвет, произведения писателя отличаются глубизной и правдивостью .

Морфологические нормы требуют правильного образования грамматических форм слов разных частей речи (форм рода, числа, кратких форм и степеней сравнения прилагательных и др.). Типичным нарушением морфологических норм является употребление слова в несуществующей или несоответствующей контексту словоизменительной форме (проанализированный образ, царящиеся порядки, победа над фашизмами, назвал Плюшкина прорехом ). Иногда можно услышать такие словосочетания: железнодорожная рельса, импортная шампунь, заказной бандероль, лакированный туфель . В этих словосочетаниях допущена морфологическая ошибка - неправильно оформлен род имен существительных.


Синтаксические нормы предписывают правильное построение основных синтаксических единиц - словосочетаний и предложений. Эти нормы включают правила согласования слов и синтаксического управления, соотнесения частей предложения друг с другом с помощью грамматических форм слов с той целью, чтобы предложение было грамотным и осмысленным высказыванием. Нарушение синтаксических норм имеется в следующих примерах: читая ее, возникает вопрос; Поэме характерен синтез лирического и эпического начал; Выйдя замуж за его брата, никто из детей не родился живым .

Уровни языка – это подсистемы общей языковой системы, каждая из которых характеризуется совокупностью относительно однородных единиц и набором правил, регулирующих их использование и группировку в различные классы. Выделяются обычно следующие У. я.: фонетический (единицы – звуки и фонемы), морфемный (ед. – морфемы), лексический (ед. – лексемы), морфологический (ед. – формы и классы слов), синтаксический (ед. – предложения и словосочетания).

Языковая норма – это правила речевого поведения носителя языка, социально одобренные, объективированные речевой практикой и отражающие закономерности языковой системы.

Причины изменения нормы:
Языковые причины:
1) закон речевой экономии = закон наименьшего усилия
2) Закон аналогии
3) Закон речевой традиции
Неязыковые (экстралингвистические) причины изменения нормы - разного рода социальные и исторические факторы, а также языковая мода и языковой вкус.

Признаки нормы:

1) норма статична в определенный период времени и динамична в своем развитии. Динамика нормы связана с существованием триады систем (система языка это совокупность и способ выражения специальных в данном языке).
2) норма безвариантна и вариантна. Под вариантом понимают параллельные способы выражение одного и того же языкового содержания. Варианты дают больше возможностей при их реализации: нейтральное и устаревшее (фильма, санатория); нейтрально-разговорное (в отпуске - в отпуску); нейтрально-просторечное (их - ихний); нейтрально-просторечное (компАс, Алкоголь, наркоманИя); нейтрально-народноэтическое (ворота - врата, девИца - красна дЕвица)
3) всеобщность и локальность. Локальность бывает профессиональной и территориальной.

Различают следующие виды (типы) структурно-языковых норм:

1) Я. н. произношения регулируют выбор акустических вариантов фонемы или чередующихся фонем - на каждом шаге развертывания речи и в каждом слоге отдельного слова. Можно - (зълатой), нельзя - (золотой); можно - (агарот, усад"ба), нельзя - (агарод, усат "ба).

2) Я. н. ударения регулируют выбор вариантов размещения и движения ударного слога среди неударных. Можно - (квартал), нельзя - (квартал). Н. русского современного ударения в литературном языке тесно связаны с морфологическими свойствами частей речи и оказываются одним из их формальных показателей. Подвижность и разноместность современного русского ударения делает его трудным для усвоения, в особенности лицами, для которых русский язык неродной и усваивается ими не в раннем детстве, что приводит к «накладыванию» новых акцентологических Я. н. на старые, уже усвоенные в родном языке.

3) Я. н. лексические регулируют словоупотребление - не допускают нарушения традиционно закрепленной соотнесенности наименования с определенным предметом, явлением реального мира. Так, например, воспрещается называть булкой буханку белого или черного хлеба, потому что слово булка имеет традиционно закрепленную соотнесенность с иным предметом: булкой называют изделие из пшеничной муки, имеющее круглую или овальную форму. Лексические Я. н. обусловливают воспроизводимость в литературных текстах и в устных формах общения определенного слова из ряда возможных, имеющих ту же предметную отнесенность в различных формах существования русского языка. Так, например, первое слово указанных рядов является литературно-нормированным, хотя все слова этого ряда обозначают тот же предмет или то же явление: вчера, намедни; глаза, гляделки, зенки, буркалы, бельма, шары; пощечина, оплеуха; спасибо, спасибочко; холод, стужа, стынь; щедрый, тороватый и т. п. Фразеологические Я. н. регулируют употребление оборотов речи, традиционно связанных с характеристикой определенных явлений. Так, например, кодифицированным признается выражение мурашки по коже бегают как образная характеристика состояния человека, ощущающего приступ некоторого озноба или дрожи, но считается недопустимым выражение мурашки по телу прыгают (или ползают).


4) Я. н. словообразовательные не допускают употребления в литературных текстах слов, структура которых нарушает принципы сочетания морфем. Следовательно, эти Я. н. сдерживают приток в состав литературной лексики слов, не соответствующих словообразовательной структуре моделей.

5) Я. н. морфологические определяют литературный статус определенных словоформ и не допускают употребления других словоформ, хотя они и являются речевым средством в различных видах «говорения». Так, например, литературными, правильными признаны такие словоформы: офицеры (не офицера), инженеры (не инженера), выборы (не выбора), профессора (не профессоры), шурья (не шурины), деверья (не девери), звонче (не звончее), слаще (не слаже), пара носков (не носок), пара чулок (не чулков), чашечка кофе (не кофию) и т. п.

6) Я. н. синтаксические требуют соблюдения правил согласования: большой кенгуру, большое бра (но не большое кенгуру и не большая бра), управления: смеяться сквозь слезы (но не сквозь слез), правил расположения слов в структуре предложения, выражения различных отношений между частями сложного предложения и т. п.

7) Я. н. стилистические охватывают те или иные стороны (особенности) употребления речевых средств в различных сферах литера-турно-нормированного общения: они предопределяют прикреплен-ность того или иного средства речи к определенной сфере речевой деятельности, т. е. применение слов, выражений, словоформ, способа сочетания слов, типов синтаксических конструкций в определенных контекстах и речевых ситуациях.

Различаются Я. н. императивные и диспозитивные . Императивные (т. е. строго обязательные) Я. н. - это такие, нарушение которых расценивается как слабое владение языком (например, нарушение норм склонения, спряжения или принадлежности к грамматическому роду). Такие Я. н. не допускают вариантов (невариативные Я. н.), и любые другие реализации расцениваются как неправильные, недопустимые, например: алфавит (не алфавит), принял (не принял), курица (не кура), благодаря чему (не благодаря чего). В отличие от императивных Я. н., диспозитивные (т. е. восполнительные, не строго обязательные) допускают варианты - стилистически различающиеся или вполне нейтральные (вариативные Я. н.), например: баржа и баржа, в отпуске (нейтр.) - в отпуску (разг.), компас - у моряков: компас. Литературная норма может быть фактом кодификации или же находиться в стадии реализации кодификационных возможностей, а также выступать в виде потенции нормализаторских тенденций в сфере общения. Именно поэтому исследователи считают необходимым акцентировать внимание на динамическом характере литературной нормы, на диалектичности самого процесса кодификации средств общения.

На уровне речевой деятельности различаются такие Я. н., как воплощенная, или реализованная, и невоплощенная , потенциальная, реализуемая. Реализованная Я. н. состоит из двух частей: 1) актуализированная часть (современная, продуктивная, активно действующая, хорошо осознаваемая и практически кодифицированная), 2) неак-туализированная часть (в нее включаются архаизмы, устаревающие варианты Я. н., а также редкие в употреблении варианты, дублеты и т. п.). РеализуемаяЯ. н. также распадается на две части: 1) становящиеся Я. н. - неологизмы и новообразования на разных уровнях языка и 2) принципиально некодируемая область речевой деятельности (индивидуальные, окказиональные, создаваемые к случаю и т. п., но необходимые в процессе общения образования). Общелитературная Я. н. может по-разному варьироваться, т. е. выступать в виде вариантов как следствие функционально-динамического существования средств общения. Так, в акцентологическом состоянии современного литературного языка намечается конкурирующая активность вариантов с ударением, перемещаемым к началу слова бондарь вм. бондарь, обух вм. обух, планер вм. планёр, родился вм. родился), а также вариантов с ударением, передвигающимся к концу слова (нужда вм. нужда).
В сферу морфологического варьирования втягиваются значительные группы слов. Это обусловлено целым рядом факторов: наличием сонорных звуков в исходе основы имен существительных (баклажанви. баклажанов, косуль вм. косулей, сходен вм. сходней, яселъ вм. яслей), перемещение ударения (ветров вм. ветров, баржа вм. баржа) и т. п.
Возрастание вариативности в сфере литературного нормированного общения представляет собой сложный и многосторонний процесс, связанный с развитием литературного языка и его ролью в обществе; это может быть следствием эволюционных преобразований структуры языка, старения одних Я. н. и зарождения других, взаимодействия устной (разговорной) и письменной (книжной) форм речи, конкурирования системных возможностей того или иного средства общения в пределах литературного языка. И тем не менее тенденция к целесообразности в актах речевой деятельности предопределяет направление структурно-языковой предпочтительности речевого варианта, что находит свое выражение в развитии и кодификации литературных норм (взаимодействие и взаимопроникновение функционально-речевых вариантов, расширение объема нормативной весомости варианта, нейтрализация функционально-речевой отмеченности как следствие сближения варианта устной и письменной речи, нормализация вариантов как факта стилистической дифференциации).

Кодификация нормы – фиксация нормы в словарях, справочниках, грамматике и т.д.
Языковая система - множество единиц данного языкового уровня в их единстве и взаимосвязанности; классы единиц и правила их образования, преобразования и комбинирования. В этом смысле говорят о фонологической, морфологической, словообразовательной, синтаксической, лексической, семантической системе данного языка или (более узко) о системах (подсистемах) склонения и спряжения, глагола и имени, вида и времени, рода и падежа и т. п. Различают ядро системы, куда входят основные языковые единицы и правила, и её периферию - малоупотребительные факты, стоящие на границе литературного языка (устарелые, жаргонные, диалектные и др.); различают также ядро и периферию грамматической системы. В связи с функционально-стилистическим расслоением языка (разговорным, официальным, газетно-публицистическим, научным и др.) и принципиальной допустимостью несовпадения норм в разных стилях язык иногда определяется как система систем (или подсистем).
Узус - (от лат. usus - пользование, употребление, обычай) - в языкознании, общепринятое употребление языковой единицы (слова, фразеологизма и т.д.) в отличие от его окказионального (временного и индивидуального) употребления (например, неологизмы не являются узуальными единицами языка). Узус – это речевая практика, реальное использование языка в разных сферах общения. Понятие У. тесно связано с понятиями языковой нормы и языковой системы. Яз.норма фиксирует только некоторые возможности, предоставляемые языком, и отражает только некоторые возможности узуального потребления языка. Обычно узуальное употребление единиц языка фиксируется словарями (толковыми, фразеологическими, орфографическими, орфоэпическими и др.).